Не этого ли она добивалась? Почему же тогда ей так плохо?
— Генри?
Она, не отрывая взгляда, смотрела на него и вспоминала его доброту и великодушие. Он купил ей красивые платья, уговорил приехать в Лондон и сделал все для того, чтобы ей было хорошо. Он всегда был так весел и приветлив. Трудно было поверить в то, что этот коварный, надменный человек, стоящий сейчас перед ней, и есть ее Данфорд. Нет, она не могла публично унизить его.
— Я не собираюсь отменять свадьбу, милорд.
Он откинул голову назад:
— Судя по твоей интонации, ты предлагаешь, чтобы это сделал я?
Она молчала.
— Но как порядочный человек я не могу этого сделать.
Она раскрыла рот. Прошло несколько секунд, прежде чем она нашла в себе силы спросить:
— Что это значит?
Данфорд внимательно посмотрел на нее. Почему это ее так взволновало? Он был уверен, что она не собирается расторгнуть помолвку. Иначе она потеряет Стэннедж-Парк.
— Почему ты не можешь отменить свадьбу? — не унималась она. — Почему?
— Похоже, нам так и не удалось дать тебе подобающее воспитание.
Порядочный человек никогда не отказывается от данного обещания. Если только женщина не уличена в измене, и даже в этом случае…
— Я никогда не изменяла тебе, — вырвалось у нее.
«Не телом, так душой», — горько подумал он. Она не могла любить его так же сильно, как свою землю. Для этого не хватило бы никакого сердца. Он вздохнул:
— Я знаю."
"Генри молчала, но в ее глазах он увидел боль. «Как, должно быть, она сбита с толку моей переменой, — думал он. — Ведь ей все еще неизвестно о перепутанных письмах».
— Так что же? — устало спросил он, боясь ответа. — Ты отказываешь мне?
— А ты хочешь этого? — прошептала она.
— Тебе решать, — кратко ответил он, опасаясь произнести слова, которые заставят ее отказать ему. — Если хочешь отказать, так и скажи.
— Я не могу, — произнесла она, прижав руки к груди. Казалось, она вырвала эти слова из самого сердца.
— Что ж, будь по-твоему, — холодно бросил он и, не оглянувшись, вышел из комнаты
Следующие две недели Генри мало что чувствовала, кроме тупой боли, словно саван окутавшей ее сердце.
Ничто не радовало ее. Она надеялась, что все принимали ее странное состояние за предсвадебную нервозность. К счастью, она редко виделась с Данфордом. Ему удалось сделать так, чтобы проводить с ней на балах как можно меньше времени. Обычно он приезжал за один танец до ее отъезда. Они больше никогда не танцевали вальс.
Приближался день свадьбы. И вот однажды утром Генри проснулась с тоской в сердце.
