В эфире космоса живет богачевская семья — они владеют всеми секретами производства редкого металла силениума. Но Натали, главная героиня нашей истории, не знает даже его реального названия и что означает «коррозия». Вчера она увидела крутую выставку, где экспонаты говорят сами за себя — будь то новейшие корабли или прочные самолеты. Теперь Натали решительно берется за дело: хочет разобраться и найти свое место в мире неординарных разработок....
Однако Ройл вовсе не собирался ее целовать, а только обнял, уютно устроил в кольце своих рук.
— Ты теплый, — сказала Натали.
— А ты постарайся поспать. Завтра долгий день…
— А где обещанная песенка на ночь?
Роланд усмехнулся: надо же, помнит.
— Я старый солдат и не знаю… песенок. Если только совсем детскую, пел ее сестренке, когда та была маленькой. Пойдет?
— Да, да…
Ната сжала руки под подбородком, устраиваясь удобнее. Роланд не столько пел, сколько шептал, опасаясь, что его голос услышат, но все же печальная мелодия нет-нет, а прорывалась сквозь шепот.
В башне высокой принцесса жила.
Совсем одна, одна…
А по вечерам приходила тьма
И за руки ее брала.
Обнимала за плечи, смотрела в глаза:
— Принцесса, ты будешь моей.
Но пряла из лунного серебра
Принцесса прозрачные кружева
И пела смерти своей:
— Не видела я, но знаю,
Что есть на свете цветок.
Неведомый и прекрасный,
И имя его — Любовь.
Мне кажется, он алый — алый.
И жжет сильнее огня,
Но если держать его крепко,
То ты не коснешься меня…
А тьма забавлялась, кружась вокруг.
То ближе, то дальше шаги.
Она то смотрела принцессе в глаза,
То касалась ее руки.
— Я знаю — цветет он жарко,
И не спорю — сильнее меня.
Но никто его долго не в силах держать,
А я ведь бессмертна — могу подождать.
Погаснет — и ты моя.
— Не видела я, но знаю,
Что есть на свете цветок.
Он так же как ты — бессмертен.
Ведь можно и уголек,
Угасший, увядший, поблекший,
Дыханьем своим оживить.
Осталось лишь научиться… любить.
Там еще была пара куплетов, но к своему стыду Роланд понял, что совсем позабыл слова. Стало грустно. Ни Лессы, ни ее песенки больше не осталось в этом мире. Но Ната еще была, дремала в его руках, доверчиво положив голову на плечо. Если ее завтра не станет, то и ему незачем задерживаться в этом мире. Он как-то это вдруг внезапно понял и сам удивился: пока эта маленькая злодейка садилась по утрам в его машину, Ройл ощущал какую-то правильность своей жизни.
— Ну что ты замолчал? — сонно спросила Ната, не открывая глаз. — Мне понравилась история.
