– Нахер тебе такой, девочка? Серьезно нравится ложиться под того, кто может тобой прикрыть свой зад? Кто ценит бабло больше, чем тебя, и за пол-ляма может отдать тебя двум мужикам, чтобы они тебя пустили по кругу?
Я молчу. Если Лекс думает, что у нас с Пашкой были прямо серьезные отношения – пусть. Не буду его переубеждать. Пашку по факту и парнем то моим нельзя считать, между нами был только тот неловкий поцелуй в кинотеатре, и все. Больнее от того, что его я считала своим другом и была уверена в нем на сто процентов.
А теперь…
Теперь мне остается надеяться только на то, что Пашка меня вытащит, несмотря ни на что. Но забыть про то, как он отдал меня этим двум, я, конечно же, не смогу. Никогда в жизни.
– Если бы ты была моей девочкой, Ярослава, – голос Лекса становится ниже, в нем появляются хриплые нотки, а в глазах вдруг вспыхивает мрачный огонь, – я бы порвал любого, кто к тебе прикоснется. Тебя бы не посмел тронуть никто. Ты была бы только моей. Моей. И точка.
В груди что-то екает, и я особенно остро ощущаю, что в машине нас сейчас только двое. Что Лекс меня сильнее, что он мужчина и что он… кажется, интересуется мной. Очень интересуется.
Мало мне было проблем, да?
– Крепостное право давно отменили, ты в курсе? – выпаливаю я и прижимаюсь к спинке кресла, чтобы Лекс не протянул руку и не коснулся меня. – И ты же обещал, что ничего мне не сделаешь!
– Не сделаю. Пока сама не захочешь, – четко очерченные губы Лекса изгибаются в усмешке.
– Обещаю.
Я облегченно выдыхаю. Каким бы жутким ни казался Лекс, я почему-то готова поклясться: такие, как он, своего слова не нарушают. А значит, как бы странно это ни звучало, я в безопасности.
– Но и ты мне должна кое-что пообещать, Ярослава, – жестко добавляет он, и я снова настораживаюсь. – Обещание за обещание, справедливо же?
– Наверное, – осторожно говорю я.
– Обещай, что будешь хорошей девочкой и не будешь создавать мне проблем. Никаких истерик с выбиванием окон, никаких криков «Помогите, меня похитили», никаких попыток сбежать, – холодно перечисляет он, а я вздрагиваю от каждого слова.
– Мы друг друга поняли?
– Д-да.
– Обещаешь?
Взгляд в упор, и я знаю, что сейчас только один ответ правильный. У меня нет выбора, если я не хочу, чтобы Лекс меня трогал. А я не хочу. Конечно же, не хочу.
Но на мгновение в голове вдруг мелькает мысль о том, как бы это было – поцеловаться вот с таким парнем.
