Ладно уж, Эрик потерпит, не будет своё стойло с испуга крушить. Так уж и быть…
***
Настал-таки вечер, и вступила в свои права ночь. Расцвели в бархатной черноте небес цветы невиданные, огненные. Красные, синие, зелёные, жёлтые! Ликует на улицах народ. «Здравия нашему принцу!» – кричит.
Гремит, гремит во дворце блистательный бал до самого утра, до упаду.
Наслаждается прекрасный принц дивным праздничным фейерверком; кружит юных нежных леди в быстрых танцах; чокается бокалами, изысканными винами до краёв наполненными, с молодыми аристократами, шутит с ними весело, смеётся шуткам их…
Но где-то на краю сознания маячит, маячит загадка по имени Аида.
Загадка её исчезновения, столь невероятного. Он обязательно разгадает её. Сколько бы времени это ни потребовало. Времени впереди хоть отбавляй. Ведь ему всего двадцать лет…
***
В пустующем в сей поздний час храме Создателя распростёрлась ниц юная девушка в скромном белом платьице.
Её блестящие чёрные волосы собраны в простую гладкую причёску. На чистой нежной коже не найдётся и грамма порошка, коим любят посыпать лица и плечи дамы высшего света, дабы скрыть имеющиеся изъяны. Её глаза, опушённые длинными густыми ресницами, сияют, словно два огромных бриллианта.
Истово молится девушка пред ликом Создателя.
Но просит она вовсе не о том, дабы простился ей грех её, грех потери чистоты её девичьей. Вовсе не о том. Молит Создателя девушка, нисколько не сожалея о совершённом грехе своём, дабы прижилось в теле её семя прекрасного принца, дабы дал ей Создатель дитя от любимого…"
