Я встала на учёт по беременности в местной поликлинике в райцентре. Каждые две недели езжу туда на приём, сдаю необходимые анализы. Малыш развивается отлично. Никаких проблем.
Да и мне тоже не приходится на здоровье жаловаться. Физически со мной всё в порядке.
А вот душевно... После расставания с боссами все мои чувства будто разом впали в спячку. Я ничего и никого не хотела... Только тишины.
Снежная деревенская зима показалась мне абсолютно нескончаемой. Я будто медведь в берлоге, засыпанная снегом по саму крышу, проспала всю зиму.
Бабушку посещали её подруги. На новый год снега навалило почти до окон... Приходил дядя Ваня - бабушкин ""парень"", чтобы помочь нам расчиститься.
""Парню"" уже глубоко за шестьдесят, но бабушка упорно зовёт его ""бойфрендом"" и уверяет, что не готова к серьёзным отношениям. В общем, её личная жизнь куда интереснее моей.
Сейчас апрель. Снег уже растаял, на деревьях зазеленели почки
Через месяц вернутся из Израиля мама и брат. Он теперь полностью здоров. И, после долгого курса реабилитации, способен выдержать несколько часовой перелёт.
"
"Я до сих пор не сказала маме о том, что жду малыша. Даже не представляю, как это сделать... видимо, когда она вернётся, у меня, возможно, уже кто-то родится.
Мальчик или девочка? Так получилось, что я до сих пор не знаю пол ребёнка. На древнем оборудовании в местной поликлинике его разглядеть так и не смогли. А ехать ради этого в областной центр мне не хочется.
- Вот закончат у нас новый медицинский центр строить, лучше, чем в Москве будет! - сияет ба.
- Да его строить только полгода назад начали, - улыбаюсь её оптимизму я. - У нас в России такие проекты, сама знаешь, ба, десятилетиями могут строиться!
- Нет, - бабушка подливает мне в кружку чай. - Мой Ванька там был недавно, как снег сошёл. Говорит, что там уже три этажа возвели, крышу кроют... Красивое здание такое выходит, необычное...
Я рассеянно слушаю бабушку и киваю невпопад.
Последнее время я совершенно отстала от жизни. Бесповоротно, наверное.
Вся моя жизнь - это мой малыш. И грустные воспоминания о прошлом.
Ни Эд, ни Макс мне больше так и не звонили. Будто просьба вычеркнуть меня из их жизней была как раз тем, чего им не хватало, чтобы спать спокойно. Сомневаюсь, конечно, что у них есть совесть, но даже если бы она была и что-то им твердила, мои мольбы оставить меня в покое оказались как раз тем, чего им не хватало для полного счастья.
Сперва я почему-то ждала, что они всё равно будут навещать меня.
