— Ввиду небольшой значимости содеянного, а также учитывая растущий социальный рейтинг, положительные характеристики с места работы, да и, так сказать, поддерживая деревню провинции Хэйлунцзян, на этот раз ограничимся устным предупреждением, — чеканит каждое слово старший лейтенант, аккуратно складывая бумаги. — Статья… Кодекса административных правонарушений… чётко определяет… Вы свободны, юноша. Я вас предупредил.
На закуску полицейский бросает выразительный взгляд на сумочку девушки, та мгновенно улавливает намёк.
— Лян Вэй, встретимся снаружи, — обращается она ко мне.
А лейтенант быстро сориентировался. Решил и рыбку съесть, и… на двух стульях усидеть: с одной стороны, в госбезопасности у него теперь личный контакт (какой бы ни был); с другой — и деньги ему сейчас тоже дадут.
Хотя, какое мне дело? Главное — меня в этой комнате не будет, а значит, никто и ни в чём не сможет обвинить, здесь везде камеры.
С незнакомой благодетельницей рассчитаюсь потом, наедине.
Открываю дверь, собираясь покинуть кабинет, и сталкиваюсь с сержантом, которого ранее выпроводили.
— Он свободен, — бросает старший лейтенант. — Проводи парня, пусть заберёт вещи.
В комнате хранения внимательно проверяю опись, пока конвойный достаёт из пластикового пакета мои пожитки. Самое важное — деньги, ремень и телефон вряд ли бы кого-то заинтересовали. Тщательно пересчитываю содержимое кошелька, потом ставлю подпись в журнале выдачи.
На выходе из отделения меня поджидает та самая фемина:
— У тебя точно всё в порядке? Не били? — её тёмные глаза внимательно изучают моё лицо.
— Если что-то было, только скажи, быстро составим жалобу, — волнение в её голосе по-прежнему кажется искренним.
— Единственное издевательство — сон в сидячем положении, облокотившись о холодную бетонную стену. Но не я первый и не я последний, — потираю затёкшую шею. — Я, конечно, извиняюсь, но вы, собственно, кто?
— Ли Джу, — незнакомка поправляет недешёвый шёлковый шарф.
Имя не говорит мне ровным счётом ничего.
После того, как я это открыто заявляю, она дополняет:
— Я сестра Ли Миньюэ. Она связалась со мной из Кореи и попросила во что бы то ни стало вытащить тебя. Даже если придётся надавить на кое-какие семейные рычаги.
Так вот в чём дело. Она увидела мой пост в WeChat.
— Много отдала? — задаю прямой вопрос. — На семейные рычаги пришлось нажимать?
— Пять тысяч юаней. Нет, тебя так выпустили, ты же сам присутствовал.
— Сколько⁈ — не сдерживаю возмущённого возгласа.
