А этот хоть о тебе напоминать будет, так что давай, двигай пальцами скорее.
Я сцепил челюсти, приготовился.
В ответ на грубость Жасмин начала действовать быстрее. И больнее. Я впился взглядом в стол, измазанный в крови.
Другая бы на ее месте в истерике билась.
Например, Диана.
— Она тоже была из Новосибирска, — выпалил, почувствовав первый шов. Лишь бы не отключиться здесь и сейчас.
— Кто? Ты ее любил? — глаза Жасмин пытливо впились в мое лицо.
— Тебе разрешали задавать вопросы?
Грубо.
Жестко.
Зато без лишних вопросов.
— Я закончила, — прошелестела Жасмин через десять долбаных минут.
— Не закончила.
Я достал из кармана ампулу и шприц в упаковке.
— Вколи вот это, и спать пойдем.
— Это сильный препарат, — недовольно поджимает губы, изучив название, — могут начаться галлюцинации. Я знаю, я медик.
Я посмотрел на нее в упор.
И больше слов не потребовалось — Жасмин послушно набрала в шприц лекарство и сделала, как я сказал.
— Идем. Я устал.
— Мы будем спать вместе? — ее голос дрогнул.
Я забрел в одну из спален, где была двуспальная кровать. Выбросил окровавленную рубашку на пол и оглядел чистый бинт на плече. Ювелирная работа. Грех не иметь такую девочку рядом с собой.
Я тяжело опустился на кровать и хлопнул пятерней рядом с собой.
— Снимай платье и ложись. И советую тебе проделать манипуляции именно в таком порядке. Хочу тебя голую. Рядом с собой.
Слова дались мне тяжело.
Вытягиваю из-за пояса пистолет, бросаю на тумбу. Лекарство начинало действовать.
Надо уснуть, пока не вернулась боль.
Жасмин затравленно глянула на тумбу. Аргумент принят.
В добровольно-принудительном порядке она стянула платье и тут же забралась под одеяло. На самый край легла, будто я не достану.
А я взял и достал. Здоровой рукой схватил ее за талию и притянул к себе. Жасмин охнула от рывка, а я с наслаждением уткнулся в ее волосы. Она мной пропахла, и это был охренительно приятный запах.
— Не трону, спи. Сегодня не трону.
Жасмин напряглась, но промолчала. И покорно к моей груди прильнула.
Теплая. Нежная. Без нее бы не уснул. Валялся бы в тишине, пялился бы в одну точку, но не уснул.
Мое обезболивающее. Моя Жасмин.
Я провалился в сон моментально.
А ночью проснулся от криков. Душу раздирающих криков. Жасмин плакала во сне и надсадно звала на помощь.
Я рывком схватил пистолет. Сонными глазами уставился во тьму и рефлекторно загородил собой Жасмин.
Рефлекс защищать кого-то — это нечто новое. Ранее неведомое мне.
