Но понимаю, что если сейчас телохранитель не понравится могущественному шейху, прилететь может не только Саидову.
И что тогда? Я останусь одна. Даже без Мансура. А потом? У меня в голове белое полотно, без намёка на будущее.
– Всё нормально, – улыбаюсь, чтобы разрядить обстановку. Взгляд шейха от одного только слова телохранителям меняется. – Подождите меня за дверью.
В зале образуется такая тишина, от которой скоро лопнут барабанные перепонки. Лучше бы было шумно, чем так.
Через несколько секунд дверь за моей спиной закрывается.
Я молчу, не зная, как начать диалог.
– Я хотела бы поговорить насчёт Амира и его заключения, – опять натягиваю улыбку. – Вы ведь наверняка в курсе?
Короткий кивок. Мужчина делает шаг вперёд и протягивает свою руку. Но не мне. Указывает на диван.
– Присаживайтесь.
Учтиво киваю и опускаюсь на краешек, молчу, пока араб располагается рядом, лениво откидываясь на спинку дивана.
– О чём вы хотели поговорить?
– Мой муж невиновен, – наивно выпаливаю.
– Но вы ведь не женаты, – да причём тут это?!
– Не успели, к сожалению.
Его… – я со скорбью опускаю взгляд вниз. Не знаю почему, но рядом с ним я не могу расслабиться. И даже показать, насколько нервничаю. – Арестовали. Незаслуженно.
– Считаете? – снова возвращаю свой взгляд на шейха, слыша удивлённый тон.
– Уверена.
– Хм, – постукивает по спинке дивана пальцами. Каждый его удар бьёт словно не по мягкой ткани, а по моим нервам. – Почему же?
– Амир бы этого не сделал.
– Вы так хорошо его знаете?
– Да. Тем более… Он редко выезжал из особняка.
Постоянно был дома. К тому же… Зачем отцу убивать сына?
– Хороший вопрос, – самодовольно усмехается. Я сказала что-то не так? – Я мельком посвящён в дела вашего… Мужа. И так просто отпустить его не могут. Горничная в вашем доме отчётливо слышала его крики, где он клялся, что убьёт Аяза.
Что?.. Горничная? Рассказала?
Я напрягаюсь, словно чувствуя задницей раскалённые угли. Но нет, проверяю – диван. Одно неверное слово – и я могу сделать всё только хуже.
– У Амира много недоброжелателей.
Его могли оклеветать.
– Возможно, – задумчиво кивает. – Но незадолго до убийства Саидов встречался со своим сыном.
– Это не доказано.
Шейх встаёт, тянется ладонью к столу. Дотрагивается до цветного квадрата пальцами и пододвигает фото ко мне. Я беру его в руки, чтобы поближе рассмотреть.
Мысли в один миг теряются, а во рту пересыхает.
Сердце как ненормальное выстукивает в груди в такт мои словам в голове.
Не мог.
И эта фотография – ложь.
