Красные лампочки загораются перед глазами, я выдыхаю огненный воздух и прожигаю взглядом массивную фигуру Белова. Он в ахуе. Я тоже в нем.
— Будешь? — разливает по соточке и ко мне стакан двигает.
Отказывать тестю херово, но у меня выхода другого нет.
— Ну что вы. При всем уважении…я не пью. У меня режим жим-жим.
— Больной или падла? Кому я дочь отдаю?
— Александр Павлович, я ж только восстановился. У меня зал, у меня режим. Я должен быть в форме, от этого зависит моя жизнь и жизнь моей команды на службе.
— Это я понял, спецназовец Исаев. Ну что ж, будем знакомы, Богдан Семенович, — он цокается с моим полным стаканом, выпивает, а затем протягивает мне руку.
Краш-тест от отца пройдет, да? Я жму ему руку, выходит так, как будто мы меряемся пиписьками в этом жесте.
Мне надо срочно с Яной поговорить. СРОЧНО.
— Яна вас боготворит и очень переживала, что сразу все не рассказала. В силу того, что я знаю, она очень боится вас разочаровать.
Рукопожатие заканчивается.
— Да хватит уже меня задабривать, Исаев.
Это моя дочь, я что, зверь какой? Неожиданно, что она мне врала, это неприятно, знаешь ли. Я думал, она папина дочка до мозга костей.
— Яна еще неделю назад хотела вам все рассказать, — встаю на защиту Облачка, у меня это теперь автоматом выходит.
— Я в командировке был. Только вот приехал, а на ней лица нет. Из-за тебя, значит?
— Это тупое стечение обстоятельств…Я вам обещаю, что все исправлю, — уверенно произношу, на что получаю кивок.
— Исправляй, Исаев.
Моя дочь плакать не должна. Как чувствовал, что что-то нечисто. Вот и пожалуйста! — кулаком он упирается в стенку, а на меня больше не смотрит.
Глава 49
ЯНАДень рождения Миши проходит мимо меня. Я что-то совсем расклеилась, еще и температура с ног сбила. Даже на празднике не была толком. Так тортик попробовала и в кровать баю…Меня стараются не трогать, думали даже праздник перенести, но я настояла на проведении. В смысле ради меня двигать тожество?
Это день Рождения Миши! Этот день всего лишь раз в году, да и увольнительный дали только на день Рождения и день после него, чтобы добраться в столицу.
Все.
Так что…не надо портить всю малину ради моих соплей и температуры.
Сплю беспокойно. Ко мне пару раз кто-то заходит и трогает лоб, думаю, что это мама, следом папа. Меняются…Но я так и лежу с закрытыми глазами, то проваливаясь в сон, то вырываясь из загребущих рук Морфея.
Утром мне в разы лучше, но слабость все еще присутствует.
