Марат Алтаев жил себе спокойно, пока у собственного порога не встретил решительную и дерзкую девицу. Она остра на язык и ошеломительно красива. Таких обходят десятой дорогой, опасаясь сердечных ран и всяких напастей. Умом он понимает, что полуночную знакомую проще выкинуть из головы, чем назвать своей. Забыть, говорите? Щаз!...
Весь ужин Сарычев глядел на экран, как зачарованный, где неведомый мужик перевязывал Лиду веревками, будто кусок окорока перед засолкой. Феликс силой воли пытался отвернуться от экрана, но не мог отвести глаз от необычного действа. Хотя за свою жизнь он перепробовал много чего, но японское искусство шибари не на шутку возбудило его и запало в душу.
После ужина Лида принесла черные чулки с плотным кружевом и, показывая основные узлы, шутя связала ему руки. А потянув за один конец, моментально освободила от пут.
— Теперь ты, — она подала ему чулок.
— Лидка права, — пробурчал он себе под нос. — Эти игрульки в шибари заводят, как ничто другое!
Он оглянулся по сторонам, с удивлением обнаружив, что вместо двух кварталов прошел все пять и оказался около дома бывшей жены. В Катькиной спальне горел свет.
— Твою мать! — сам на себя осерчал Феликс и поплелся обратно, но в этот момент что-то глухо ударилось в спину. Сарычев резко развернулся, собираясь врезать неведомому обидчику. Но сзади никого не оказалось, равно как и на самой улице. Лишь в стороне валялась знакомая коробка.
— Что, Феликс? — обратился к тезке Сарычев. — И тебя поперли? — Он усмехнулся кисло и, почувствовав прилив злости, пнул коробку ногой.
Феликс радостно рассмеялся и всю дорогу до машины весело рассуждал, как бы сложилась его карьера, пойди он в футболисты.
Глава 21
— Тебе куда-нибудь нужно с утра? — лениво пробубнила Катерина, чуть приподнимаясь на локте.
— Не-а, — безмятежно фыркнул он и одним движением уложил любимую на себя. — Давай поспим еще, Катька, — пробурчал он, погладив ее по голове.
— А я уже устала валяться, — честно призналась она. — Долго нам спать все равно не дадут. Сейчас кто-нибудь позвонит. Твой брат или моя дочь…
И будто в подтверждение ее слов, раздался писк сотового.
— Не угадала, — наморщил лоб Алтаев. — Это Буров. Красавец наш!"
"Катерина, скатившись с Марата, встала и передернула плечами. Всем своим видом показывая, что тебе надо, ты и общайся. Накинув халат, она прошла на кухню.
