Внезапно рука взмывает в воздух и резко обрушивается на щёку наглеца, оставляя на ней алый след.
На секунду глаза отчима округляются от изумления, а потом наоборот страшно сощуриваются.
Сама не понимая, что наделала, в ужасе смотрю на него.
- Плохая девочка, - зловеще говорит он, хватая меня за плечи. - Очень плохая!
ГЛАВА 4
Сэм
Кабздец… Хреново наваждение!
Просто башню сносит от запаха! Рычу, потому что я рядом с ней как зверь. Хищник.
А она добыча. Маленькая, сладкая, вкусная…
Сам не знаю с какого перепугу я решил, что у нее могут быть жучки.
Нет, зная ее самку-мать, там все может быть! Эта стерва не погнушается малышке во влагалище бомбу засунуть, чтобы сдетонировало во время оргазма…
Бля…
Это как надо не любить своего ребенка, чтобы подложить ее под Орла? Такую невинную крошку?
Или… не совсем невинную?
Когда я обрезаю бретельки у ее шикарного лифака, мне на встречу выпрыгивают две такие охренительные грудочки, что я просто дурею.
Эта куколка еще пытается их от меня спрятать! Наивная!
И ножки сдвинуть! Глупышка!
Дяде Сэму ведь много не надо.
Пока.
Только проверить нет ли жучков.
Ведь жучки можно спрятать и в сосочках, да? Или нет? Хрен знает! Но быть так близко и не потрогать эти сиськи – это надо быть полным мудозвоном!
Я трогаю. Осторожно.
Если бы эта кошечка только знала, насколько я сдержан! Если бы знала!
Она дрожит. Я вижу капельку пота, которая стекает по ее нежной шейке. Хочется слизнуть ее. Чёрт, мне хочется всю ее облизать!
Делаю вдох и меня сносит ароматом ее желания.
Это что такое?
Может, реал, никакая она не целка?
Она должна меня боятся, дрожать и умирать от страха! Но ее дрожь, кажется, иного рода.
Опускаю руку. Я не должен, не должен, блядь! Но я делаю это.
Просто, чтобы проверить.
Там тоже может быть жучок.
Там, между этих пухленьких складочек, которые…
Твою ж мать! Они влажные! Охренеть!
Это так… невероятно! Охуительно! Просто… Провожу пальцем по щелке, собирая капли ее росы. Как же мне хочется, чтобы сейчас там был не мой палец, а мой рот.
Поцеловать ее там. Быть первым, кто сделает это... Или…
Или все-таки не первым?
- Пожалуйста… - ее голосок такой хриплый, чувственный…
О чем она меня просит? Что я должен сделать?
Может, она хочет, чтобы я продолжал? Сжал ее складки, потер их руками, а потом раздвинул бы, пробираясь глубже. Нашел бы вход, подразнил бы его, вернулся бы снова к основанию, в поиске самой сладкой в мире горошинки, прикосновение к которой бросило бы ее за грань наслаждения.
