но всё это я делала для тебя! Чтобы тебе не нужно было ни в чём нуждаться... и брак с Олегом... показался мне хорошей для тебя возможностью! Но, - она осекается, я вижу слёзы, застывшие в её красивых глазах. - Я бы никогда не сделала с тобой ничего плохого. Я не знала про планы Олега... я ничего этого не знала...
- Я не верю тебе! - отчаянный крик смешивается с рыданиями. - Я тебе не верю!
Тело начинает трясти, и мама, порывисто заключает меня в объятия.
- Тише... тише... - говорит она, гладя меня по волосам.
- Ещё не всё потеряно. Я виновата перед тобой... что промахнулась с выбором твоего мужа. Но... я знаю, как всё это исправить!
Я слегка отстраняюсь и смотрю на неё с непониманием.
- Что? - переспрашиваю, пока она вытирает мои мокрые щёки. - О чём ты говоришь?
Мама встаёт и ставит на кровать увесистую сумку.
- Сейчас дежурит охранник, с которым я... - она запинается и пожимает плечами. - С которым я смогла договориться. Он пропустил меня к тебе в качестве исключения.
Я привезла всё, что нужно, - она быстро вытряхивает на кровать содержимое сумки: паранжу, какую-то одежду и... светлый парик!
- Нам нужно поменяться! - внезапно заканчивает свою мысль она.
Я всё ещё ничего не понимаю, но мама уже настойчиво тянет меня в ванну...
Дин
Три гребанных дня ада!
Только одним словом я могу их описать. Нет, двумя. И одно будет явно не печатное.
Это полный пиздец!
И не потому, что мы мотаемся как в жопу ужаленные в поисках бабла – хер с ним, с баблом, мы его соберем – в этом даже сомнений нет.
Соберем и все сделаем как сказал Дамир.
Самый пиздец в том, что мы не знаем, что сейчас с Ланой!
Что с ней за это время может сделать этот утырок и его компания?
Может, его шантаж, его предложение собрать денег только предлог? Может, эта тварь тупо время тянет?
Возможно, наша Лана уже в клинике, и с ней делают эти жуткие вещи, восстанавливая то, что ты так прекрасно уничтожили? В клинике ведь с ней могут сделать не только это!
Мы видели, что творит отморозок, который мнит себя шейхом с девушками.
Ему нужны девственные, и бесплодные. Те, с которыми не надо думать о защите и прочей дребедени. Ему поставляют девочек, которых лишили возможности стать матерями. Лишили насильно. Сломали на всю жизнь…
Думать об этом, значит погружаться в пучину ярости. А нам с Сэмом нужна холодная голова.
