Мускулистые бедра вели к подтянутой талии, плоскому животу и четко очерченным грудным мышцам. Лобок был аккуратно и коротко выстрижен вокруг члена.
Я хотел снова взять его в рот.
— Теперь ты, — Майкл потянулся к моим плавкам и дернул.
Когда он резко стянул с меня плавательные шорты, я вдруг оказался голым, словно маленький ребенок, лежащий на спине, которого раздевали. Майкл стащил их с моих ног полностью и швырнул куда-то за спину на пол.
Я уже не раз бывал голым перед другими парнями. Это вполне привычное явление, когда ты спортсмен.
Но я еще никогда не был голым с парнем, которому только что отсасывал. Которого хотел и который хотел меня. Никогда прежде, за всю мою жизнь, у меня не бывало такого твердокаменного стояка перед другим парнем. По телу прокатилась дрожь, и я непроизвольно прикрыл свой член руками.
— Не делай этого, — улыбнулся Майкл. — Не нужно. Кроме того… — он опустился на колени на диван и отнял мои руки. — Как тогда я смогу сделать это?
Он снова облизал мой член от основания до самого кончика.
Наверху покружил ртом над головкой члена, посасывая и сжимая, вращая головой так, что его язык и губы образовали кокон влажного тепла. Я выгнул спину, схватив его за волосы.
— Черт… — прошипел я. — Если продолжишь в том же духе…
Он отпрянул, снова медленно облизывая мой член.
— Не хочу, чтобы ты кончал, — выдохнул он. — Не сейчас, ладно?
— Ничего не могу обещать… — рвано выдавил я в ответ. — Особенно если будешь продолжать так и дальше.
— Не буду, — подмигнул Майкл.
— Я собираюсь сделать кое-что другое."
"Он схватил меня за бедра и толкнул, перекатывая на плечи. Моя задница оказалась в воздухе, открытая ему на обозрение, пока мой член указывал мне на лицо. Он раздвинул мои бедра.
Я был так чертовски открыт — мой зад очутился прямо перед его лицом — что непроизвольно сжался. Задохнулся.
— Сделай так еще раз, детка, — промурлыкал Майкл. — Дай мне рассмотреть тебя.
Когда я снова вздрогнул и сжался, он застонал, закусив губу. А потом зарылся лицом меж моих ягодиц, его язык прошелся по входу.
Горячий и влажный кончик проник в мою задницу, медленно скользя по тугим мышцам, прежде чем щелкнуть и пощекотать края.
Я вскрикнул. Выгнулся. Схватив подушку, накрыл ею лицо. Я даже, блядь, укусил край подушки, не в силах сдержать вскрики, когда его язык нырнул в меня, пока он работал ртом над моей задницей. Он лакомился ею, как гурман. Его язык толкался внутрь и наружу, проскальзывая все глубже.
