Пожалуйста, сиди тихо и делай всё, что я тебе скажу.
Мы вздрагиваем, когда оглушительный удар по стеклу разносится по машине. Рефлекторно прикрывая голову, мы наклоняемся вперёд. Бросив взгляд на источник звука, я вижу, как стекло с моей стороны покрылось маленькими трещинами. Ещё один удар и нас вытащат из машины, и я решаю не терять время напрасно.
–– Послушай меня, – я хватаю Лию за лицо. – Ты сделаешь всё, что они попросят, – её глаза ловят мои, и она машет головой. – Нет, Лия. Ты сделаешь это, им нужна я, а не ты.
Пожалуйста, подумай о ребёнке, – я умоляю её взять себя в руки и сберечь тот лучик света, который она носит в себе.
Это намного важнее, чем я.
–– Я не смогу оставить тебя, – она хватает мои руки. – Мне страшно, Аспен.
–– Я понимаю, – я притягиваю её к себе и заключаю в объятия. – Я люблю тебя, Ли, – мои губы начинают дрожать сильнее от подступающих слёз.
Громкий звук разбивающегося стекла оглушает, и резкая боль в голове заставляет меня вскрикнуть. Меня вытаскивают из машины за мои волосы, и я клянусь, я убью каждого, кто посмел дотронуться до них и причинить боль.
Громкие крики на испанском разносятся по пустой местности, но единственное, что заставляет меня дёрнуться от страха – это крик Лии.
Борись, Аспен. Гарри учил тебя бороться.
Колени обдаёт болью, когда они встречаются с асфальтом. Я подскакиваю на высоких каблуках в боевую стойку и делаю прыжок, попадая каблуком по рёбрам. Хруст костей вбрасывает в кровь больше адреналина. Замахиваясь кулаком, я делаю смачный удар по лицу мексиканца, оставляя кровавый след от бриллианта на кольце.
Спасибо, малыш, за такой большой камень на кольце.
Он стонет от боли и отступает назад, я уже высматриваю следующую жертву, как крик подруги заставляет меня повернуться на звук. Лию прижимает к себе один из мексиканцев и держит пистолет на уровне её живота. Кровь застывает в венах, я тихо сглатываю и сдаюсь, поднимая руки вверх.
–– Вы чёртовы самоубийцы, раз решились связаться с нашими мужьями, – я вскидываю высоко голову, в этот момент меня хватают за руки, и оглушительный удар обжигает голову.
Один из мексиканцев начинает смеяться, он явно понял, что я сказала.
–– Мы расчленим и трахнем каждую из вас раньше, чем они доберутся до вас, – смеётся мужчина, который держит Лию. – Я люблю блондинок, – его язык оставляет влажный след на её щеке, и Лия стонет с отвращением.
Моё сердце грохочет в груди, дыхание срывается с губ стоном полного отчаяния. Я понимаю, что он прав.
