Короче, она обычно все молчком, а тут ее как прорвало…
Оксана, услышав о составе крема, сначала тихо сказала:
– Ну спасибо…
Потом заорала:
– Черт бы тебя побрал, дуру! Столько работы зря! Целый год прахом пошел. Да мне сегодня ехать и…
С огромным трудом Бондаренко сумела остановиться.
– У тебя свидание! – осенило Леру.
– Да, – выдавила Оксана.
– С мужиком?
– Какая разница, теперь уже все равно, – процедила бухгалтер. – Никуда не пойду, пятно даже кардиганом не прикрыть. Знала бы ты, что…
Оксана захлопнула рот.
Лера метнулась к шкафу, вытащила пакет и сунула его в руки Бондаренко.
– Вот, надевай! Цвет красивый, ярко-бордовый, тебе пойдет.
– Я чужие вещи не ношу, – отказалась бухгалтерша.
– Шмотка новая. Видишь ценник? Размер у нас один!
– Похоже, она дорогая, а у меня нет средств, чтобы купить водолазку, – протянула Оксана.
– Это подарок от дяди, – весело ответила Лера. – Я ему на день рождения торт забабахала, целую ночь старалась. Он мне денег за работу предлагал, но с родственника плату брать нехорошо, вот дядька и купил обновку.
Сегодня утром принес. Фирма! Посмотри на лейбл…
– Тем более не возьму, – отчеканила Оксана. – Зачем мне вещь от известного модельера? Она не сочетается с юбкой «от бабы Нюры».
– Послушай, – стала упрашивать ее Лера, – неудобно, что из-за меня сорвется твое свидание. Давай договоримся так: ты берешь водолазку до завтра, а я попытаюсь твою блузку дома привести в порядок. Если она окажется безнадежно испорченной, ты оставишь себе дядькин подарок.
– Моя вещь с толкучки, а твой шелковый свитерок из дорогого магазина, – отметила Оксана.
– Нечестно получается.
– А моральный ущерб? – напомнила кондитер.
– Ну ладно, – неожиданно согласилась Оксана. – Мне правда очень надо на эту встречу. Схожу в водолазке и завтра ее непременно верну.
Глава 4
Костюкова отличная хозяйка, поэтому она знает: пятна лучше обрабатывать, пока свежие. Не успела Оксана переодеться и уйти, как Лера кинулась застирывать следы крема. Через десять минут ей стало понятно: блузка сшита из очень дешевого материала, такой никогда не приобретет первозданный вид.
Кондитерша побежала в бухгалтерию и сказала Оксане:
– Водолазка твоя навсегда.
– Завтра я тебе ее верну. Как приду на работу, сразу принесу, – холодно ответила Бондаренко, чем довела Костюкову почти до истерики…
– Похоже, ей нравилось, что я чувствую себя виноватой, – говорила сейчас Лера. – Уперлась как ишак, а потом ясно продемонстрировала: более о пятне она говорить не желает.
