Автор
Вновь на поляне после битвы, видение омраченных горлом криков и страха обожженных тел - символизирующих убийственную мощь магмы. Лишь немногие из первых пришли в сознание, словно выжившие на кромке разрушенного леса, где они остались одни после невиданных бед.
Паладин же в ярости обернулся к нам с Ирен и гневно завопил:
— Вы что, действительно напали на моего друга и его оруженосца⁈
У меня получилось сдержать вспышку гнева, но мой голос слегка дрожал от накопившейся злобы и ярости, когда я ответил — громко, чтобы слышала собравшаяся толпа.
— Милорд, о чём вы говорите? Я всего лишь защищал свою спутницу. Эти преступники, одного из которых вы назвали другом, разрезали заднюю стенку нашей палатки, когда эта хрупкая девушка мирно спала. Они попытались похитить её, чтобы надругаться!
Лорд Экариот окинул Ирен пристальным взглядом, заметив синяк и затравленный взгляд, но его лицо оставалось холодным.
— Ваше слово против слова рыцаря и его оруженосца. И ведь не секрет, что между вами вражда.
Я сейчас ослышался? Моя первоначальная оценка лидера рейда как неплохого парня действительно была ошибочной? Что этот болван несёт?
— Посмотрите на неё! — зарычал я. — Я нашёл её съёжившейся на земле, прячущуюся за барьером, пока этот ублюдок колотил по нему кулаками в латных перчатках! Он выше, тяжелее и, к тому же, на пять уровней сильнее! И, во имя богов, она — Жрица, а не боец! У неё даже нет атакующих заклинаний, только целебные и поддерживающие навыки!
Лорд Экариот отвёл взгляд от нас, напряжённо рассматривая своего туповатого дружка.
— Вы оба, немедленно покиньте лагерь, — тихо сказал он. — Я прослежу, чтобы ваша доля добычи дошла до вас.
Ирен облегчённо выдохнула, но я не собирался уступать. Неужели лорд не понимает, что просто сказать такое — недостаточно? Этот недорыцарь взъелся на меня за ерунду, а теперь я провёл ему небольшую «пластическую операцию», убрав «лишние детальки».
— Мне нужны гарантии, что он будет наказан, милорд. Что это не повторится. Он точно будет мстить. Весь лагерь видел, как он пытался меня ограбить, как оскорблял, а теперь напал, словно дрянной вор в ночи!
Экариот резко дёрнулся.
— Вы с ума сошли⁈ — рявкнул он. — Он мой друг и рыцарь Бастиона! Вы должны быть благодарны, что я позволяю вам уйти, а не заковываю в кандалы за нападение… или даже попытку убийства дворянина! Какой бы ни была вражда между вами, мне трудно поверить, что он был полностью виноват.
— Артём… — прошептала Ирен, дёргая меня за руку.
Я встал перед ней, закрывая от пристальных взглядов. Отступать нам нельзя. На кону слишком много жизней. Не только моя и Ирен, но и других жителей поместья. Если сейчас дам слабину, беды не миновать.
