Всё, что не удастся разрешить тут, мы обязательно обговорим.
— И поссоримся.
— Пусть.
— И помиримся, — он многозначительно приподнял брови.
— Именно, — на её волнительно припухшие губы выскользнула понимающая улыбка.
И они до того серьёзно подошли к делу, что спустя несколько месяцев в доме Уваровых организовалось важное торжество, но исключительно для своих.
К тому времени окончательное разорение тётки Полины и ряд удачных контрмер против основных конкурентов позволили случиться самому главному — из заграницы домой вернулись мать и сестра, которые пробыли на родине всего несколько дней, а уже души в Полине не чаяли.
На семейное торжество из своей роскошной берлоги прибыл и старый Канатас.
Перед ужином они задержались со стариком в кабинете. Полина уже давно рассказала ему об интригах своего деда, приведших к тому идиотскому решению провести ДНК-тест. Пожалуй, ещё месяц назад это его взбесило бы, но не сейчас. Сейчас Глеб даже мог поставить себя на место Канатаса и понять стремление деда удостовериться в том, что его внучка не станет заложницей мужа-тирана.
"
"Поэтому Глеб охотно передал своему почётному гостю стакан с односолодовым и приподнял свой в молчаливом тосте.
Старый Канатас пригубил и усмехнулся:
— Значит, всё-таки проболталась.
— Только не уверяйте, что для вас это новость, — Глеб прислонился к краю стола, рассматривая старика. — У нас с женой нет друг от друг секретов.
Старик приподнял кустистые брови:
— Ну, раз нет, так не стоило и тот оставлять.
Тест-то мог и открыть.
Глеб пожал плечами:
— Мог.
— Почему ж не открыл?
— Потому, — усмехнулся Глеб, — что мне всё равно.
— Вот именно, мой мальчик, — глаза Зевса сияли. — Вот именно!
Старый чёрт…
— Но, знаешь что? Я всё же разрушу для тебя эту тайну, — вздохнул он с притворным сожалением. — Как бы тебе ни хотелось, чтобы она ничего со мной общего не имела, придётся смириться. Женился ты на чистой Канатас.
— Она давно не Канатас. Она Уварова.
— Хитрый щенок! — хохотнул Зевс.
— Ладно уж. Нас заждались. Идём. Расскажете, для чего вы нас всех сегодня собрали.
Повод был тривиальный. Но оттого не менее радостный.
Глеб в который раз подумал об этом, войдя в обеденную залу и приобняв жену за округлившуюся талию.
— Готова к важному объявлению? — шепнул он, целуя жену в висок.
— Опытом пока не обзавелась, — она на мгновение прижалась к нему и ответила с лучезарной улыбкой. — Но я готова учиться.
Конец"
