Осознание предательства Зверева давило, душило. И стыд душил. Потому что я, конечно, знала, что рассказать надо будет… Но не готова была сделать это именно так. И настолько скоро. И само понимание происходящего, особенно того, что он гулял со мной, слушал меня, смотрел… В наш первый романтический теплый вечер… И все это время знал, полностью владел информацией о моем неприглядном прошлом… Это сильнее всего подкосило.
С одной стороны, я прекрасно понимала, что это – и в самом деле необходимая процедура, с его-то ответственностью.
А с другой – невероятно гадливый осадок, который надо было как-то проглотить. Или забить чем-то другим.
Ну вот я и забила.
Сама позвонила Але, пригласила в бар. А там… Б-52, абсент, текила… Я не привыкла к крепким напиткам, во время спортивной карьеры нельзя было категорически, потом бывший следил, а потом нельзя было совмещать с препаратами… Короче говоря, накрыло меня невероятно сильно. И язык развязало.
Причем, до сегодняшнего утра я и не знала, насколько.
Вчерашний вечер и ночь помнились отрывками.
А вот Аля, похоже, пила меньше. И меня умело спаивала.
Утром я, с больной головой, зашла в оповещения телефона и охренела. Мои соцсети буквально были взорваны. Миллион сообщений, репосты, комментарии. В инсте на меня подписалось сразу пятьдесят тысяч, и вакханалия продолжалась.
Я даже не стала просматривать сообщения, сразу найдя источник шума.
И вот как у меня в тот момент волосы дыбом по всей длине не встали, не знаю. Сначала не могла поверить, все перечитывала и перечитывала.
Думала, ошибка какая-то. Но нет."
"В статье действительно, якобы от моего лица, было интервью о том, как я познакомилась с нынешним кандидатом в мэры города, Романом Зверевым. И, по моим словам выходило, что он – маньяк и абдъюзер, а я – жертва. И тут же краткая ссыль на мою прошлую жизнь. Аля умудрилась откопать статью трехлетней давности, где мы с мужем, улыбающиеся, позируем на камеру, рекламируя спортивное питание и нашу общую инсту.
Аля жирно намекнула, что и эти отношения у меня не то, чтоб здоровые были. И вся я такая жертва-жертва, а все мужики – козлы. А уж Зверев – главкозел, склонивший меня к интиму в обмен на возможность жить в его квартире. Тон статьи был на редкость вкрадчивым, и это придавало дополнительную дикость ситуации.
Я начала звонить Але, но она ожидаемо не брала трубку.
Я сидела у себя в квартире, не понимая, что вообще делать, в полном ступоре и шоке.
