Бесконечно длинный день закончился, и можно было уйти в свои покои и больше не изображать перед родными оптимизм и веселье, в то время как душу раздирает тягучая тоска.
Кимли не было уже двое суток, и я не знала, где он и что с ним. А главное, никто не мог мне сказать, как долго еще продлится его отсутствие. Артур до сих пор не вернулся, Анна волновалась, но старательно это скрывала, отец на все мои вопросы твердил только одно: «Не думай о плохом, дочь. Все будет хорошо», но чем чаще он это повторял, тем меньше я в это верила.
Раньше, когда могла видеть, я не замечала многих вещей. Например, я даже не догадывалась, каким разным бывает молчание или как много оттенков у выражения «все будет хорошо». А еще я не умела слушать людей, тишину, мир. И только теперь, оставшись в темноте слепоты, научилась различать мысли и настроение собеседника, ложь и правду, любовь и неприязнь.
Странно, конечно, шутит судьба. Думала ли я, отправляясь в Ругден, что найду в этом старом мрачном замке свое счастье? Нет, конечно.
Вернее, я была уверена, что ничего, кроме скуки, в ссылке меня не ждет. И вот пожалуйста! Я не только нашла там мужа, но и умудрилась влюбиться в него. Да, теперь можно было честно признаться самой себе, что мне хватило одного взгляда на портрет ледяного красавца канцлера, чтобы потерять власть над своими чувствами. А потом я долго сопротивлялась, не желая признавать очевидное.
Я усмехнулась и провела ладонью по лбу. Любовь… Моя любовь сейчас далеко.
– Где же ты, Тиан? – прошептала я.
"
"Тонкая нить безвольно повисла в руке. Она едва светилась, почти не рассеивая окружающую тьму, и мне казалось, что другой ее конец уже не связан с Кимли.
– Глупости! Я сама себе придумываю всякие страхи! С Тианом все в порядке, – я специально произнесла это вслух, но слова упали в пустоту, не находя отклика в моей душе.
Оторвавшись от стены, осторожно прошла к окну и подставила лицо свежему ветру. Эх, сейчас бы забраться в двиг и рвануть ввысь, за облака! Я бы мигом отыскала мужа.
Небо никогда меня не подводило.
Внутри возникло непреодолимое стремление выйти из дома, подняться на двиг-ро и завести мотор железной птицы. Я бессильно сжала руки, но тут же распрямилась и вскинула голову. Ничего, еще не все потеряно. Вот вернется ко мне зрение, и тогда…
Тихий стук заставил отвлечься от мечтаний.
– Ребекка, нужно поговорить, – услышала я голос императора, а вскоре и сам Ричард появился в комнате.
С ним вошел кто-то еще. Женщина.
