Жанр
Гелиор обошёл кровать, разглядывая меня со всех сторон. Я видела, как хищно подрагивали его ноздри, будто лир принюхивался к моему страху. Словно сытый гепард, наблюдая за связанной жертвой, он наслаждался каждым мигом моего ужаса, впитывал его, вкушал, будто изысканный деликатес. Самый могущественный хищник Дориона, дракон знал, что добыче не уйти. И я, ощущая себя на месте загнанной в ловушку лани, тоже понимала это....
Почему я не согласилась «исцелить» Эона? Да, возможно, ему бы это не помогло, но я бы хоть попрощалась со своей любовью.
Потеряв Эона, я поняла, что любила его. Так сильно, что со временем простила бы измену. Вот только времени нам не дали. Куда и зачем меня тащили, уже было всё равно. Я жалела о ненависти и ярости, что застилала глаза. Я всё сделала неправильно! Увы, я всегда была излишне эмоциональна, это меня и погубило. Нет… Его погубило.
Стало темно: безликий внёс меня в пещеру, и я уже едва могла рассмотреть во тьме женскую фигурку впереди.
Сейчас, если повернуть время вспять, я бы не стала убегать от Эона. Я бы выслушала его. А если бы и сбежала, то не стала обвинять в том, что произошло. Это вина дракона! Да, Эон поддался, но я и на себе ощутила, как сильна магия лира. А ведь если верить Ноллу, то я не сильно восприимчива к ней. Я смогла уйти из спальни дракона, хоть и стоило это большого усилия.
Темнота осталась позади, вторая пещера была просторнее и светлее первой. Но не это поразило меня.
– Безликие, – прошептала я, заметив толпу, окружающую высокий обтёсанный камень. Затылок сковало холодом от догадки. – Жертвенный алтарь…
– Не бойся, – обернулась Ульрия. – Тебе понравится. Даже завидую тебе, сучка.
– Вот сама и трахайся с драконом, – процедила я с ненавистью.
– Увы, – горько улыбнулась она. – Мне такого удовольствия больше не светит. Гелиор…
Тут сверкнуло, и в спину Ульрии ударил синий луч света. Женщина вскинула руку, взгляд её стал беспомощным, изо рта вырвался хрип. Я быстро посмотрела за спину магини и, увидев Кеи, замерла на миг от ужаса.
Лицо помощницы магистра перекосила жёсткая усмешка, светлые волосы шевелились, будто по пещере носился вихрь, но было тихо. Лишь по тонким вспышкам молний я догадалась, что это от разливающейся вокруг Кеи силы.
– Вийола?! – ахнула осевшая на пол Ульрия. – Ты…
Полы плаща её распахнулись, открывая взгляду совершенное тело. Багровые капли, стекающие по подбородку брюнетки, оставляли уродливые кляксы на белоснежных бёдрах.
– Ульрия? – Голос Кеи казался удивлённым. Женщина тут же усмехнулась: – Я думала, особенную для лира ведут.
