Поднявшийся на крыльце вихрь застал их врасплох.
Насыпавшаяся за ночь снежная крупа поднялась поземкой, застилая глаза и больно впиваясь в лицо. От меня градины отскакивали, натыкаясь на стихийную защиту, но бедолагам-охранникам пришлось нелегко.
Под прикрытием небольшого смерча я быстро пересекла двор в сторону ворот попроще, для слуг.
Наперерез выскочил из дежурки еще один охранник.
Его пришлось убить."
"Сил на поддержание личины у меня маловато, рисковать выгоранием не собираюсь, и вообще устраивать маскарад смысла больше нет.
И так понятно, что госпожа Рекинс не станет удирать из собственного дома с мешком наперевес.
Главное — унести ноги и чтобы не опознали.
Обыкновенный канцелярский нож туповат, но отлично летает.
Ни следа магии, ни малейшей зацепки, по которой меня можно потом отыскать. Руки защищены перчатками, лица не разглядеть толком под капюшоном.
Под разъяренные крики стражей распахнула калитку, вывалилась наружу и припустила по улице во всю прыть.
Глава 22
Особняк наместника располагался на отшибе, но не слишком далеко от остальных домов.
Я в несколько прыжков достигла ближайшего переулка и скрылась из виду, чтобы не позволить в себя прицелиться. И так пришлось увернуться не менее чем от десятка заклинаний. Сначала обездвиживающих, а когда стало ясно, что поймать меня не так просто, — и убийственных.
Можно было бы выставить щит, но характерные отблески водной магии выдали бы меня с головой. Оставалось полагаться на ловкость. Благо я теперь щуплая и верткая.
Немного мешал узел с добром, но бросить его я не готова. Там слишком много того, что не стоит отдавать в чужие руки.
Хруст наста и отчаянные ругательства разозленных охранников приближались. Я могу недолго поскакать козой, но шаг у меня меньше, чем у взрослого мужика, и сил тоже — чисто физических.
Подворье, еще одно. Заборы низкие, в отличие от наместника, соседям нечего скрывать. Землянки чередовались со старинными добротными зданиями в два-три этажа, так что спрятаться было где.
Оглянулась — отлично.
Погоня еще за поворотом, меня не видно.
Отпрыгнула в сторону изо всех сил, нырнула в сугроб и спешно присыпала себя снегом, образовав своего рода крышку из наста.
Часть ауры продолжала продвигаться вперед, оставляя глубокие отпечатки в снегу. Достигнув протоптанной дорожки во дворе, испарилась.
Пусть думают, что птичка упорхнула.
Не успела я затаиться и задержать дыхание, чтобы не пыхтеть на всю округу, как подоспели первые преследователи.
