Тело неконтролируемо конвульсивно сжалось, словно ожидало от обладательницы голоса самого худшего.
Странно. Могу поклясться, что я с ней не знакома.
— Проклятая кровь! — низко, хрипловато ругнулся мужчина. — Я так и знал, что у девицы из рода Фроствик родятся только маги воды. Что братец ее, что вот она теперь…
— Ничего, зато я уже подарила тебе двоих сыновей огня, — промурлыкала его собеседница. — Видишь, ты не прогадал, когда брал меня второй супругой.
— Лишь ты, Ливия, мое утешение в старости. И наши дети, — вздохнул мой… отец?
Я содрогнулась от приступа надсадного кашля.
Так, похоже, сломано ребро. Возможно, не одно.
По привычке запустила диагностирующее заклинание и зашипела сквозь стиснутые зубы. Когда успела так просадить резерв? Простейшие чары опустошили запас магии полностью, пребольно резанув откатом по нервам.
Зато теперь я знала, что, кроме трех сломанных ребер, у меня еще трещина в ключице, вывих плеча и многочисленные гематомы на спине и руках.
Видимо, закрывалась как могла в процессе избиения.
А еще — что это тело мне не принадлежит.
Точнее, теперь-то оно мое, отвечает на мысленные приказы, вот и пальцы пошевелились, стрельнув ноющим разрядом неприятных ощущений. Но я давненько не находилась в столь плачевной форме. Не говоря уже о том, что практически нулевой размер груди и полное отсутствие мускулатуры мало вязались с образом валькирии.
Похоже, я вообще подросток.
Спасибо богине, хоть девочка.
Вдохнула поглубже, не обращая внимания на ноющий бок, втягивая рассеянную вокруг силу и заодно осматриваясь магическим зрением.
К счастью, резерв это умение не задействовало и по-прежнему работало. Мутновато, непривычно расплывчато, но ауры стоящих неподалеку двоих взрослых показало.
Больше никого поблизости нет.
Это хорошо.
Потому что воспоминания несчастной, в чье тело угодила моя заплутавшая душа, начали постепенно проясняться.
И мне очень сильно захотелось отомстить.
Чем, интересно, этим гадам стихия воды не угодила? Отличная, между прочим, стихия! Резерв у малышки пока что невелик, но это поправимо.
Раскачаем.
Одно но. Прямо сейчас я им ничего не сделаю.
Мужчина — довольно сильный огневик, а женщина — воздух.
Мне с ними не справиться.
Пока что.
— Жива еще, — с легкой ноткой облегчения бросила последняя, обратив наконец внимание на мои подергивания. — Давай отвезем ее в приют. Зарегистрируем, глядишь, и компенсацию выплатят в следующем месяце.
— Сама пусть идет! — бросил отец года. — Ноги я не трогал.
