А он ей при госте оскорбление в лицо – не нужна твоя стряпня, будем магазинными пельменями питаться! В пакетах бутылка торчит. Все понятно: после смены приняли, теперь продолжение последует.
– Надрались уже? – упрекнула Оля."
"Ее Степа не был алкоголиком. Но как у всякой русской женщины, в крови у Оли жил вековой страх перед спившимся мужем. И готовность дать отпор, иными словами, показать ему кузькину мать, тоже была.
– Ни в одном глазу! – миролюбиво заверил Коля.
– Так я и поверила! Кастрюли им понадобились! Вот уж нет! Сами пили, сами и опохмеляйтесь!
Оля развернулась и ушла в комнату.
Степан гордо посмотрел на Колю: видишь, в какой строгости жену держу? Коля солидарно кивнул. Знакомая сцена, точь-в-точь из его семейной жизни с Галей.
На кухне они быстро распределили обязанности. Степан складывал в морозильник водку и пельмени, Коля в указанном шкафу искал подходящие кастрюли. У хозяйственной Оли морозильная камера была плотно забита мясом, рыбой, полуфабрикатами. Все это Степа как попало затолкал на полки холодильника.
То, что не влезло, оставил снаружи. Коля отобрал две большие кастрюли. Остальная утварь, несмотря на то что ее стало меньше, на прежнее место в шкаф не помещалась. Оля умела как-то хитро и компактно складировать предметы, втиснуть в малогабаритную кухню прорву вещей.
– Брось! – махнул рукой Степа, наполняя кастрюли водой. – Включай газ!
Томительные минуты в ожидании, пока вода закипит, показались им вечностью. Они, точно спортсмены, подрагивали на линии старта, а сигнала к забегу по техническим причинам не поступало.
Наконец пельмени сварились. Выглядели они совсем не так, как в мечтах. Чтобы убыстрить процесс, воды плеснули немного, а пельменей сибирских бросили в кипяток по килограмму. В итоге вылавливали шумовкой из кастрюли липкую массу вареного теста с вкраплениями округлых комочков мяса.
Голод не тетка. Наваленные горой в тарелку пельмени, распавшиеся на составляющие, подстегивали зверский аппетит. Разлили водку, чокнулись.
– Ну, понеслось! – сказал Степа.
– Будем здоровы! – одобрил Коля.
Хотя каждый внутренне приказывал себе не спешить, беречь силы и желудок, унять торопливые движения рук с вилками и челюстей, перемалывающих еду, не получалось. Они заглатывали пельмени с такой скоростью, словно до этого неделю голодали. Коля предпочитал пельмени с уксусом. Степа обильно засыпал свою порцию молотым черным перцем и облил кетчупом.
– Уксусная кислота окисляет, – говорил Коля с набитым ртом.
