Козёл? Мудак? Скотина? Всё сразу!
Дожидаюсь, когда он скроется за поворотом. И бегу к себе домой. По лужам, под дождём. После уютного салона авто мне становится холодно, поэтому я буквально влетаю в нужный подъезд и мчусь в свою квартиру.
Аккуратно захожу, скидывая мокрые туфли. Первым делом закрываюсь в ванной.
Ариша полетит обниматься, а я воняю дождём и мокрая! Нет уж!
Переодеваюсь в чистые сухие вещи - и только потом возвращаюсь в коридор.
Малышка сама встречает меня, бросаясь ко мне радостно и обхватывая за ноги.
– Мамя! Мамя! Пъишла!
Пришла, пришла, девочка моя…
Тут же поднимаю её на руки и нежно зацеловываю. Не могу сдержаться. Мой лобик, носик, щёчки, губки… Как же я её обожаю! А как соскучилась! Сил нет!
– Конечно, пришла, мой лучик, – прикасаюсь лбом к её маленькому лобику. – Куда я без тебя?
Потихоньку иду на кухню. Вижу Миру у плиты. Ой. Неловко.
– Приве-е-ет, – привлекаю к себе внимание.
– Привет-привет, – суетится над кастрюлями. – Я тебе ужин разогреваю. Аришу уже покормила.
Господи, что бы я без неё делала…
Подруга подбегает ко мне, целует нас обеих в щёки.
– Всё. А мне бежать пора. У меня Шарик там один голодный. И дела в фонде.
Вот же пчёлка-труженица!
– Спасибо большое! – кричу ей вслед.
Она быстро исчезает, хватая сумочку. А вслед за хлопком двери – звонит мой телефон. Опускаю малышку на пол, достаю её любимую фруктовую пюрешку, на ходу откручиваю крышку удобного пакета.
Бегу за телефоном в коридор. Лезу в сумочку.
И обнаруживаю на экране имя.
Женя.
Глава 8
Глава 8
Точно, как раз время звонка подошло. У нас разница в семь часов, и он наверняка сейчас пьёт кофе в нашем любимом кафе на Бронсон-авеню.
– Привет, – отвечаю тепло. Не могу не улыбнуться. Женя ни одного звонка не пропустил. Каждый день спрашивает, как у нас дела. Особенно у Ариши. Они хорошо ладят, и порой мне кажется, что моя малышка видит в нём папу. Бежит к нему, ластится и целует в щёчку. Как родного. Но ни разу его так не назвала.
И я не знаю, что говорить ей, если это случится.
Так неловко получится…
Женя действительно заменил Арише отца. Когда она была совсем маленькая, а мне было тяжело совмещать учёбу и материнство, ещё и готовиться к работе, именно он мне очень помогал. Даже менял малышке подгузники! Кормил с ложечки. А когда она подросла – катал её на плечах.
Вот неродные ведь… Но Женя так заботится о ней. Даёт то, чего я никак не могу: мужскую, отцовскую любовь.
Я и рада, но боюсь, что дочь к нему привяжется.
