Автор
Я стояла перед зеркалом, взгляды моих глаз переплетались с проявлением моего лица. Тот человек за окном был невероятен — жестокий, умный и страшно притягательный. Каждое его слово было как игла, вкручиваясь глубже в мое сердце. Словно окутанный таинственной аурой, он создал вокруг себя непробиваемую защиту из своего гипнотического обаяния и силы....
Пока рано, хочу, чтобы головку разрывало от похоти, чтобы побагровела от притока крови.
– Теперь надо мной поработайте, девочки, – и закинул руки за голову, отдаваясь опытным пальцам и губам.
Член гордой мачтой смотрел в потолок, готовый поплыть по волнам наслаждения и резко ворваться в любое отверстие. Я сладко выдохнул, когда головка скрылась в податливом ротике, за ней ствол по самые яйца, которые, кстати, весьма умело вылизывала Сами. Я закрыл глаза и положил руку на голову, волосы у корней прихватил, ритм задавая.
– Одень презерватив, – шепнул, шлепнув Трикси по заднице, пора заняться и ей. Латекс плотно обтянул ствол, лоснясь от смазки. Я толкнул Сами на подушки и ловко перевернул Трикси, чтобы она оказалась точно между ног подруги и продолжила вылизывать ей промежность, а сам сзади устроился. Ягодицы обхватил и резко натянул на член, вырвав гортанный крик. Она девочка опытная, ей прелюдии и подготовка не нужны. У нее каждая дырка готова к немедленному использованию.
"Эластичные стенки обхватили ствол плотно, но не так туго, как хотелось бы. Я замер, ловя миг наслаждения, ту самую не растянутость, которая пройдет, когда отверстие подстроится под член. Затем резко вышел и, обхватив крепкие бедра, начал медленно натягивать задницу Трикси на себя, дюйм за дюймом. Я сдерживал желание вбиваться, вторгаться с силой – это приближает оргазм, но притупляет остроту ощущений.
– Старайся лучше, – сказал, когда член полностью вошел, а мошонка стукнулась о промежность. Надавил на затылок, чтобы Трикси принялась ублажать подружку по полной. Когда Сами протяжно застонала, кусая губы, я сам вошел в кураж, наращивая темп. Одной рукой вцепился в порозовевшие ягодицы, другой терзал клитор Трикси – ей тоже должно быть хорошо.
Все слилось в моменте, полностью пропало в вакханалии похоти и порока: запахи секса и разгоряченных тел, частое дыхание и рваные стоны, влажные шлепки и горячая смазка на моих пальцах.
