Кроме того, что она им скажет? Ее изнасиловал мужчина на черном «гелендвагене», номер которого она даже не удосужилась запомнить, потому что в ужасе сбежала прочь? Как его зовут? Хищник! Ах, это не имя? Так имени она не узнала. Ну, опишет она этого козла, дальше что? Разве по описанию можно найти человека?
Само действо для нее происходило будто в тумане. Вот он заставляет ее встать на колени, нагибает, и в следующую минуту она уже жмурится от ужаса, кусает губу, содрогается от его вторжений и мечтает, чтобы он побыстрее закончил.
Она даже на его причиндалы ни разу не взглянула, ей было противно. Понятия не имела, свершился ли контакт с презервативом или без. Хищник обильно вымазал ее какой-то клубничной смазкой перед тем, как воспользоваться. С виду аккуратный, наверняка натянул на пипиську резинку. В этом случае в ней нет его ДНК, и тогда вообще никаких доказательств, даже если его найдут! Его слово против ее.
«Она сама хотела! — наверняка скажет он. — Брела по дороге в откровенном красном платье и напрашивалась, а теперь еще предъявляет…»
От осознания всего происходящего ее буквально затрясло как в лихорадке.
— Виктимблейминг* — это та еще задница, — продолжала с умным видом Лиза. — Понимаешь, в чем фишка... Обвиняя жертву, человек как бы отождествляет себя с агрессором, то есть по умолчанию сильным. Мол, я в стае с сильным, а значит, со мной такого не случится. Это на подсознательном уровне… Многие даже ищут сразу, чем жертва могла навлечь на себя такой звездец.
Типа сказала что-то не то, сделала, выглядела как-то не так. А по сути насилие есть насилие.
— Зачем люди это делают? — простонала Жасмин, обнимая себя руками, чтобы хоть немного унять дрожь.
— Потому что порода такая людская сучья. Безопаснее топтать слабого толпой, чем встать на его защиту. В общем, психологическая хрень. Всё, что угодно, лишь бы не чувствовать себя слабым или как-то сопричастным с жертвой, чтобы тоже не запинали. Да ты почитай блог Модзинского, он много про это пишет.
— Я ни на что не напрашивалась, и я не жертва! — резко отчеканила Жасмин и только после этого заметила, что у нее понемногу начинают стучать зубы.
— Сестричка, ну выглядишь ты именно так, — развела руками Лиза.
— Иди-ка ты к своему Виталику обратно, а? Умница какая…
— Э нет, я вчера с Виталиком побыла, и вот что из этого вышло, — зацокала она языком. — Прости, что не поехала с тобой, Жас! И я не уйду, даже не надейся.
