Она хотела бы пойти с мужчинами, но никаких аргументов не хватило бы для того, чтобы это произошло. Вайолет направилась к кабинету посмотреть, нужно ли что-нибудь Рулу, когда услышала стук в парадную дверь. Хэтфилд отворил дверь, и, к удивлению Вайолет, в дом вошел Джеффри.
В тот момент, когда он увидел ее, он прошел мимо дворецкого и направился прямиком к ней.
— Мне надо поговорить с тобой, Вайолет. Дело не терпит отлагательства.
— Джеффри, я не знаю, зачем ты пришел сюда в такой поздний час, но я не думаю…
— Это касается твоего мужа.
Что-то было не так. Она достаточно хорошо знала Джеффри, чтобы понять, насколько он взволнован.
— Проходи в гостиную. — Она быстро проводила его, оставив дверь открытой на случай, если к ним захочет присоединиться Рул. — Что произошло, Джеффри?
Он глубоко вздохнул.
— Я был уверен, что твой муж виновен в убийстве. Я думал, что он убил Чарлза Уитни, чтобы получить больше денег от продажи компании. Но сегодня ночью я узнал, что Дьюар ни в чем не виновен.
Вайолет нахмурилась.
— Я не понимаю. Откуда ты мог это узнать?
— Помнишь американца Монтгомери, человека, который сделал предложение по покупке компании?
— Да, я помню его.
Она не стала говорить, что очень скоро его арестуют по обвинению в убийстве.
— Мы… мы вели совместный бизнес, Вайолет.
Она подняла голову.
— Совместный бизнес?
— Монтгомери и я… мы были партнерами в покупке «Заводов Гриффина».
Вайолет была поражена. У Джеффри были общие дела с Монтгомери? Она посмотрела на дверь, обеспокоенная тем, что сюда может прийти Рул.
— Ты был заинтересован в покупке? — спросила она, и теперь она думала об этом в свете того, что Джеффри был уроженцем штата Виргиния. Его южное происхождение было той темой, которой они касались крайне редко. — Мы отвергли предложение Монтгомери.
— Я знаю. И это все усложнило. Но сегодня вечером, когда я заглянул в номер Монтгомери, я обнаружил, что он собирает чемодан. Он признался, что убил Чарлза Уитни, чтобы предотвратить покупку им компании.
Ее взгляд снова скользнул на дверь.
В дверях стоял Рули слышал каждое слово. Ее мысли закрутились.
— Монтгомери убил Уитни.
— Ясно.
— Но… но почему он хотел подставить Рула?
— Возможно, надеялся, что ты вернешься ко мне, когда не станет твоего мужа. Или думал, что тебя будет легче убедить продать «Заводы». Трудно сказать.
Она взглянула на дверь. Челюсти Рула сжались, выражение лица стало жестким. Рукоятка пистолета торчала под плащом из-за пояса его бриджей для верховой езды.
