Осуществлять их сложнее, что и говорить, зато все они, как правило, находятся за рамками Уголовного кодекса, а если и попадают в эти рамки, то так, что сами рамки делаются шаткими, хрупкими и прозрачными. То есть милиции и взять за горло-то не удается. Конечно, когда надо кого-то убить тогда надо, тут и разговора нет. Но все прочие задачи Липецкий старается решать изящно и без риска излишнего приближения к правоохранительной системе.
Рассмотрим данный тезис на конкретном примере. Нужно добраться до бумаг Руслана Нильского.
Воры первым делом влезают в дом его матери в Камышове и пытаются эти бумаги найти. Не находят. Заметим себе: работают они тогда, когда Ольги Андреевны Нильской и ее мужа нет дома. То есть никого не пугают, не связывают, не угрожают оружием и не пытают. Происходит это в апреле, когда Руслан уже находится в Москве. И тогда ушлый бывший разведчик принимается за ""тройник"". Подыскивает подходящих людей, договаривается с ними, оплачивает их услуги. Никакого криминала. Загадочно? Непонятно? Да.
Но не преступно. Ребята поехали вместе с Симоновым-Слуцевичем, помогли несчастной матери. Что плохого? Ни-че-го. К чему милиция может прицепиться? Не к чему. А результат ошеломляющий: труп Ремиса. И убийство его совершено вовсе не Липецким, Липецкий к этому вообще не причастен, а людьми Богомольца. Кем конкретно? Это еще одна ""дырка"", и штопать ее придется московским сыщикам рука об руку с кемеровскими. Говорят, Богомолец на компромиссы с милицией не идет, а жаль, можно было бы с ним сторговаться.
Имя убийц Ремиса в обмен на пожизненное тюремное заключение для оставшегося в живых Симонова. Впрочем, тут еще есть над чем подумать... У таких жестоких и прямолинейных лидеров всегда есть оппозиция, а с оппозицией можно попробовать договориться.
Теперь что касается второй задачи Липецкого - дактокарты. Можно было прижать маленького Руслана в темном углу, пугануть пистолетом или ножом, пригрозить всяческими бедами, которые могут случиться с его дочерьми или женой и заставить показать архив.
Но это, во-первых, грубо, а во-вторых, может попасть в те самые рамки Уголовного кодекса, если Руслан обратится в милицию. Милиционеры, не будь дураки, сразу спросят, а почему это кого-то так интересует дактокарта человека, который вроде как числится погибшим, хотя и не был идентифицирован после взрыва. И вся дальнейшая работа окажется бесполезной. Люди Липецкого действуют куда хитрее. Вот, допустим, исчезла Яна...
