Она взглянула на часы, подаренные Ильей. Еще целый час…"
"Трехэтажное желтое здание отеля возвышалось над парком. Липецкая ожидала стиля «совковый минимализм», но то, что она увидела, ей неожиданно понравилось. Похоже, когда-то это был небольшой летний дворец. Изогнутый полукругом перед фонтаном, из которого торчал дельфин с отбитым носом, он выглядел аристократически обветшалым, и это придавало ему обаяния. Вокруг раскинулся просторный парк с дорожками и скамейками.
Весной и летом здесь очень мило, решила Анна.
А пока ноздреватый снег бугрился вдоль дорожек, похожий на недопеченную булку.
Вокруг поднимались крепкие липы, парк был чист и просторен, и только в самой его глубине угрюмо темнела огромная ель с осыпающейся неопрятной бахромой на лохматых лапах.
Выглядела она неуместно и чужеродно.
«Удивительное дело, – думала Анна, осторожно переступая через подмерзшие лужицы, – стоит мне представить, как мы снова соберемся все вместе, и восемнадцать лет куда-то исчезают. Я ведь не имею привычки разговаривать вслух сама с собой.
Во всяком случае, с тех пор, как закончила школу. Зачем же я делаю это сейчас?»
Она потянула руку к лицу и спохватилась: не грызть ногти!
Ну вот, опять! Осталось сменить пальто на черный плащ в заклепках и обрить налысо половину головы.
Липецкая с неприятным удивлением поняла, что идет к ели, потому что ей нравится мысль об их сходстве. Об их уродливости, непохожести на прочих. Бедное дерево!
Вблизи дерево вовсе не выглядело бедным, однако ничем не напоминало и радостные новогодние елки.
Косматое, как медведь-шатун, грязное от налетевших сухих листьев с кленов и осин… Невозможно представить на нем ни цветные пузыри стеклянных шаров, ни гирлянды, подумала Анна. Зато оно сгодилось бы для тайного пристанища ведьм.
Заметив на елке давешнюю ворону, она ничуть не удивилась. На верхушке ворона, где-нибудь на ветках болтается побелевший коровий череп, а из-за ствола вот-вот выберется желтоглазый волк и осклабится в глумливой ухмылке…
– Тебе бы сказки писать, милая!
Птица молча смотрела на нее, и Липецкой внезапно стало не по себе.
Предчувствие опасности холодком пробежало по позвоночнику, как струйка ледяной воды. Анна поежилась.
Ей захотелось вернуться к машине и уехать, удрать из этого места. Солнце зашло за облака, и желтый отель вдруг приобрел зловещее и необъяснимое сходство с домом умалишенных.
Но Анна Липецкая привыкла сначала анализировать эмоции, а потом действовать, руководствуясь разумом, а не чувствами.
