Измена мужа стала для меня потрясением. Мне почему-то никто не сказал, что парность у оборотней не равна любви и верности. Я сбежала из стаи, сама разорвала связь с оборотнем и начала собирать себя по частям: сменила прическу, сняла квартиру, устроилась на работу. Секретарем. Ночным секретарем. К вампиру... К вампиру, от которого за год сбежало двенадцать дневных помощниц, и которого сама Луна прокляла за невыносимый характер!...
— Тамер обратился к отцу, который с момента прибытия вампиров из дома не выходил. — Не хочешь их встретить?
- Встретимся на переговорах. — Раздраженно произнес Вальдар.
- Нас не допустят к переговорам. — Напомнил отцу Тамер. — Вампиры хотят говорить только с альфами.
Слова сына больно хлестнули волка по самолюбию, но ему пришлось смириться с правдой. Он больше не альфа. Не так он планировал оставить свое место. Не так.
- И что ты предлагаешь? — Спросил Вальдар у сына, подавляя раздражение.
Сейчас справиться с эмоциями было сложнее.
- Подчиниться. — Сказал Тамер.
Сын был прав. Вальдар понимал это, но смириться оказалось сложнее, чем просто осознать. Оборотень уже собирался кивнуть, и в этот момент они услышали душераздирающий вопль. Отец с сыном переглянулись и бросились на улицу. В нескольких метрах от их дома вопил альфа северян. Его лицо и руки были покрыты черными татуировками. Новые рисунки проступали на коже, причиняя мучительную боль.
Вокруг альфы собрались оборотни. Они были растеряны и не знали, что делать. Тамер заметил, что в какой-то момент толпа начала расступаться. Он воспользовался моментом, чтобы пройти ближе и лучше рассмотреть происходящее. Волки тем временем пропускали Самира и его жену. Тамер знал, что она была одаренным шаманом, но после потери ребенка уступила это место другой. Он не вникал в то, что происходило внутри северной стаи, но предположил, что теперь она снова займет это место.
- Его прокляли? — Послышались шепотки в толпе. — Прокляли!
Шаманка опустилась рядом с альфой на колени и осторожно отодвинула ворот худи, чтобы внимательно рассмотреть символы.
- Его проклинают? — Осторожно спросил Самир у жены.
Ему не было жаль отца. Теплых чувств между ними никогда не было, но и мучительной смерти он ему не желал. Не потому, что был добрым, а потому что верил в справедливость Луны.
- Нет.
Тамер увидел растерянное лицо волчицы.
- Он забирает свое проклятье.
Вокруг наступила гробовая тишина. Которую, как водится в таких случаях, нарушил вампир.
- О, как интересно! Ворожба на Черной Луне! — Олав Тор не смог удержать улыбки на лице. — Это нужно засвидетельствовать!
Тира
Пока вся стая собралась вокруг орущего Сабира, Тира тоже страдала от боли. Только ее крик застыл где-то в горле.
