Где-то в глубине души я испытывала от этого наслаждение, еще глубже - панику: что же я такое вытворяю и почему не могу остановиться?
- Убирайся! - завопил он.
- По собственному желанию? - промурлыкала я.
Лосев сжал кулаки, но с очевидной мукой сдержался, видимо, ему очень хотелось меня ударить.
- Да, - выдавил он.
- И я не была в отпуске, вы помните?
- Ну знаешь!.. - он приблизился ко мне на опасно близкое расстояние.
Я равнодушно встретила его бешеный взгляд. Поразительно, как действует спокойствие на другого человека, находящегося в ярости.
Цвет лица моего - я теперь четко это осознавала - бывшего начальника стал совершенно багряным. Его не боялись, над ним имели власть.
- Уходи подобру-поздорову, - почти взмолился он.
- Слушаю и повинуюсь, Олег Семенович, - пропела я, подхватила коробку со своим немногочисленными пожитками и выпорхнула за дверь.
Мне хотелось смеяться. Даже не смеяться, хохотать во весь голос. Эта свобода окрыляла. И это была вовсе не свобода от надоевшей работы и несправедливого начальника, это была свобода от своих комплексов.
Страх непонимания совершенно пропал, мне стало безразлично, что подвигло меня такое необычное для себя поведение. Сегодня я была настолько счастлива, что мне не хотелось думать ни о причинах, ни о последствиях.
Я плюхнулась на водительское сидение и еще просто сидела несколько минут, тихо улыбаясь сама себе и гадая, почему я так долго тянула, и как так, что простое увольнение принесло столько счастья.
Из ощущения эйфории меня вырвал телефонный звонок.
Звонила моя одноклассница, а затем и однокашница, в университетскую эпоху мы были очень дружны, потом интересы разделились, я превратилась в офисную крысу, она же была и оставалась заядлой тусовщицей, и это не смогли изменить, ни неудачный ранний брак, ни маленькая дочка.
В последнее время я не горела желанием с ней пообщаться, все ее редкие звонки сводились к попыткам вытянуть меня на ""свет божий"", как она называла поход в ночной клуб, а мои ответы переходили из односложных в неумелые попытки отказать, не обидев.
Как ни странно, я почувствовала радость, увидев высветившееся имя ""Ирунчик"" на экране телефона.
Я уже открыла рот для того, чтобы сказать ""привет"", но мои губы снова сыграли со мной злую шутку и выдали:
- Алло, гараж! Какие люди!
От такого приветствия даже готовая ко всему Ирка опешила.
- Изольда? - недоверчиво уточнила она, видимо, испугавшись, что ошиблась номером.
- Ну а кто, по-твоему? - хихикнула я.
