— О-о-о, он сгниет за решеткой, я тебя уверяю! — она недоверчиво ухмыльнулась.
— Неужто деньги решают всё? — язвительно тоном спросила Кейт и отвернулась в сторону окна.
Меня задели её слова.
— Кейт, ты иногда ведешь себя, как… маленькая девочка, — я скривил рот в ответной язвительной ухмылке. Но она её не заметила.
— Я боюсь, — произнесла она, все так же глядя в окно. — У меня волосы на голове шевелятся от мысли, что я могу снова его хотя бы просто увидеть. А ты просишь дать показания! Да ты можешь представить. что он потом сделает, когда откупится от судьи и вернется обратно?!
Я подсел ближе и дотронулся до неё.
Девочка, моя бедная девочка, она просто очень боится.
— Кейт, всё будет хорошо, — сказал я уверенно. — Он ничего не узнает Ты не первая, кто подвергся нападению. От тебя нужно лишь заявление. Я обещаю, что он ничего не узнает, а ты будешь в безопасности.
— Я не могу… я… в общем, Генри — мой единственный опекун по документам. и… другой кандидатуры нет, а это означает, что после того, как он попадет за решетку, всё, что заработали родители, отправится в какой-то пансион на благотворительные нужды, — произнесла она тихо.
Вот мы и подошли к решающему заявлению, которое я вынашивал в себе с того самого момента, как прочёл документы.
— Не проблема, юристы переоформят опекунство на меня.
Кейтлин изумленно посмотрела на меня. Казалось, её мертвенно-бледное лицо стало еще бледнее. Хотя куда уж белей, — подумал я.
— Мне нужно время, чтобы обдумать. Это… слишком неожиданно, — голос звучал неуверенно.
Я нервно запустил пальцы в волосы, я всегда так делал, когда о чём-то размышлял.
На этот раз я думал, какие привести доводы, чтобы Кейт согласилась на предложенный мною вариант.
— Кейт, ты же понимаешь, что я не смогу оказать тебе помощь, если не стану твоим опекуном. Я понимаю, это неожиданное предложение, но у тебя есть еще кандидатура? — я вопросительно посмотрел на неё. — Генри в любом случае окажется за решеткой, независимо от того, будут показания от тебя или нет.
— У тебя ничего не получится! — выпалила она.
И тут меня словно подменили. Она что, сомневается в том, что я смогу ее защитить? Или ей лучше будет одной, когда Генри, откупившись от наказания, вновь попытается на неё напасть?
— Я так понимаю, наш разговор так или иначе зайдет в тупик, пока ты не поймешь всей сути происходящего? — повернулся я и заглянул в её глаза. Я был так зол, что эта девушка опять пренебрегала инстинктами самосохранения. — Твои предложения? — спросил я.
