Смирнов был его давним знакомым и без лишних вопросов посадил Отраду в приемную, она была исполнительной, немного странной по мнению коллег, но работу свою делала хорошо.
Эти два года стали для Отрады настоящим днем сурка, временами ей казалось, что проблемы никогда не кончатся, но Влад убеждал ее в обратном. Он всегда умел найти нужные слова. Даже сейчас, когда он исчез, Отрада не хочет и не может верить в то, что он бросил ее, оставил без крыши над головой и сбежал.
Выдохнув, словно пытаясь избавиться от воспоминаний и чувства вины, Алёна даже почти ушла из приемной, чтобы подготовить зал, но ее порыв остановила Катенька – любовница генерального.
Длинноногая, но совершенно обделенная интеллектом шатенка, с морковной помадой на губах. Катя часто сюда приходила, строила из себя жену шефа, напрочь забывая, что официальная у него уже есть и, если бы они встретились, Катюша точно осталась бы без волос. Она задорно окликнула Отраду, нагло усаживаясь в ее кресло и бесцеремонно хозяйничая на столе. Алёна подалась туда и вырвала из наманикюренных пальцев Катюши фотографию.
Их с Владом свадебную фотографию, взглянула на нее, и внутри поселилось щемящее, преследующее ее на протяжении нескольких недель чувство разочарования и боли. Да, ей было больно. Она любила и продолжает любить этого человека. Ей страшно и в то же время какая-то ее часть, более осознанная, вопит о том, что Шилов – предатель. Настоящий.
– Шефа еще нет, – скрипя зубами, – поэтому прошу покинуть приемную, и лучше побыстрее.
– А я не за этим, просто разбираюсь на своем новом рабочем месте. Уныло у тебя тут, но я это исправлю.
– Ты о чем?
Катерина поднялась на ноги и, нагло ухмыльнувшись, обошла Алёну вокруг.
– Ты еще не знаешь? Правда? – выразительно похлопала пушистыми ресницами, доводя Алёну тем самым до бешенства.
– Что за бред ты несешь?
– Я? Алёночка, ты такая правильная, как квадрат. Уже только глухой не в курсе, что я новый личный помощник Смирнова.
Алёнка нахмурилась, а после громко рассмеялась, правда, смех был недолгим.
Через несколько минут в офис все же нагрянул генеральный, немедля приглашая ее в свой кабинет.
– Алёна, – снимая пальто, – мне неприятно это говорить, но вы уволены.
– Алёна, – снимая пальто, – мне неприятно это говорить, но вы уволены.
– Я?
– Вы-вы.
Уже бывший шеф наконец-то перестал маячить и присел за свой стол, деловито взглянув Алёне в глаза.
– Я уже давно ничего не должен вашему мужу, поэтому нам с вами будет лучше расстаться.
