Автор
Карательный батальон "Ганьба" приобрел грозное звучание в Мариуполе. В декабре его перебросили в Бердянск, где численность стартовых 50-ти человек стремительно увеличилась до пятисот откровенных нациков и бандитов. Штаб теперь располагается на даче экс-премьера Украины Януковича, придавая ситуацию ещё большую остроту....
Подойдя к Кэтрин, которую также окружали монахи и крепкие молодые люди в чёрных костюмах, он остановился с независимым видом, сделал небрежный поклон, заговорил по-русски:
– Добрый день, Катерина. Я сделал, что обещал, очередь за вами. Надеюсь, условия договора остались прежними?
– Вещи, – сухо сказала Кэтрин.
– Две вы должны были забрать у русского резидента, которого я завлёк в МИР Акарин. Кстати, это мой брат, хотя и названый. Он не пострадал?
– Рада вашему признанию, мистер Котов. – Кэтрин тоже заговорила по-русски, почти без акцента.
– Так точно.
Кэтрин повела подбородком, и один из сопровождавших Котова конвоиров повернулся к нему лицом, протягивая руку.
Стас помедлил, продолжая улыбаться, но глаза его подёрнула дымка сомнений.
– Сначала ваш шаг, дорогая мисс. Мой брат и его подруга должны быть переданы мне, живыми.
– Вы их получите. Вещь!
Стас покосился на деревяннолицых конвоиров, сделавших шаг к нему, презрительно дёрнул уголком губ, но сдержался.
– Тяжёлый! – оценила она вес браслета, с любопытством разглядывая артефакт. – Это и есть Эскулап?
– Так точно.
– А с виду обычные часы.
– Все Вещи изменили свою натуральную форму.
– Он работает?
– Проверен, я уже говорил. Суньте в него руку, он застегнётся сам.
Кэтрин ещё раз оглядела изделие Мирмеков, однако надевать не стала, отдала охраннику обратно.
– Skan.
– And with him what? – кивнул на Стаса негр-священник из свиты Кэтрин.
– Put him to the russian in the crypt[15].
Котов развёл руками.
– Надеюсь, вы выполните условия договора?
– Как говорят ваши соотечественники, – усмехнулась Кэтрин, – бережёного бог бережёт. Не обижайтесь, Воин, вы недолго посидите со своими друзьями. Ничего личного, я должна быть уверена в искренности ваших намерений.
Улыбка на лице Стаса погасла:
– Мы… так… не договаривались!
– Что ж, я меняю правила игры, только и всего.
Стас каким-то невероятным движением вырвал браслет Эскулапа из руки охранника, крутанулся вокруг себя, сбивая его ногой на гладкий плиточный пол притвора, схватился с остальными конвоирами, нанося им удары, от которых они летали по воздуху, как кегли, и метнулся к выходу. Возможно, ему даже удалось бы прорваться сквозь оцепление церкви.
