Шатры поставили, чтобы важным гостям солнце в погожий день головы не напекло. От угощений ломились столы. Мало того, что все по такому поводу расстарались, так ещё и отец Джарра из лучших рестораций Асдора блюда в Васильки порталом доставил. Но когда простые люди не сильно оценили высокую кухню, быстро исправился, раздобыв несколько зажаренных на вертеле кабанов с молочными поросятами, да десяток бочонков редкого эльфийского вина с ядрёным гномьим самогоном.
Народ сразу повеселел. А вот я загрустила. Ехала ведь в Васильки со всей душой, желая исправить содеянное несдержанным языком, но что-то пошло не так.
Стоило сунуться к Селиму, заводя речь о том, что знаю, как избавить его навсегда от друга гуся, как тот замахал руками, чтобы не смела лезть в их дружбу. Гусь же и выслушает, и когда надо поддержит, утверждающе поддакнув, и даже от жены защитит, когда та ругает за лишний стакан наливки. Не жизнь, а сказка! Это он просто сразу своего счастья не оценил.
Когда пошла к дядьке Косте, тот тоже меня погнал со двора, едва услышав.
Медведица ему от большой любви из лесу стока дров натаскала, что хватит на две зимы. А рыбу как хорошо ловит!
«Очень полезна в хозяйстве, так что иди себе дальше, Радка, иди!» — выпроваживал он меня.
Ну я и пошла к тётке Мотре, решив, что уж с её-то змеиным языком она мне точно рада будет! И опять ошиблась. У неё личная жизнь била ключом, кавалеры так и вились вокруг, пока она не влюбилась. Её избранник, моложе её на пятнадцать лет, тоже к ней сердцем прикипел и… проклятье само пало под их силой любви.
Так тётка Мотря мне в ноги бросилась, прося вернуть всё обратно, это оживит их семейную жизнь. Еле ноги от неё унесла.
Нет, мне не жалко было, но я за семейные ценности. Вдруг после проклятия к ней бывшие кавалеры вновь дорожку протоптали бы. Не хочу невольно вводить в искушение и брак рушить. Да и что это такое, то сними проклятие, то верни?!
И так со всеми! Тётка Рина отказалась зелёный цвет волос менять. Они оказываются оттеняют её красивые глаза. Даже дед Влас со своими ячменями на лице сроднился! Да ещё подруженьки бывшие одолели.
Прокляни да прокляни! Кому раздвоенный язык как у тётки Мотри хочется, кому цвет волос необычный, чтобы выделяться и привлекать к себе внимание.
— Ты почему не весела? — заметил моё настроение Джарр.
— Грустно расставаться со всеми, — вздохнула я.
— Не переживай, когда затоскуешь по родителям и Василькам, мы всегда можем переместится порталом.
Я кивнула, про себя решив, что обожду пока с этим.
