– Гвалчду принадлежал нашей семье задолго до Валлийских войн короля Эдуарда и его военной кампании против Шотландии. Даже сотне королей не удастся передать управление этим замком кому-то еще.
– А Эдуарду ты про угрозы говорил? – спросил Рэйен. – Уверен, что его эти игры не порадуют.
Тиг отрицательно покачал головой:
– Ему со скоттами забот хватает, так что он едва отвечает на послания касательно наших позиций в Уэльсе. Не лучшее время беспокоить его личными проблемами.
– Возможно, он чересчур беспокоится о хворающей Элеоноре.
Тиг никогда не понимал одержимости Эдуарда своей женой. Время, что он проводит подле нее, можно было бы употребить на решение проблем в Шотландии и укрепить власть в Уэльсе.
Тиг вспомнил отношения родителей. Они тоже казались преданными друг другу, но на поверку все оказалось ложью. Отец бросил семью и жену в тягости ради другой женщины. От горя у его матери начались преждевременные роды.
– Привязанность короля к Элеоноре вытягивает из него силы, – заметил Тиг.
– Она подарила ему столько сыновей, что хватило бы на дюжину монархий.
Рэйен похлопал брата по спине.
– Это любовь, Тиг, а не просто привязанность. Многие с тобой не согласятся и скажут, что именно любовь к жене помогает Эдуарду достойно выдерживать все испытания.
– Любовь, говоришь? И какой же в ней прок, в этой любви?
Глава 5
– Надеюсь, сегодня тебе лучше? – Ффайон без стука вошла в комнату Анвен.
Анвен не повернула голову от окна, у которого сидела.
Во дворе стояли груженные провизией телеги, сновали служанки с охапками стираного белья, на круглой утоптанной площадке одни стражники отрабатывали приемы рукопашного боя, другие упражнялись с мечом.
– Твое положение не изменится просто потому, что ты станешь его игнорировать, – продолжала увещевать Ффайон.
– Едва ли заключенным полагаются какие-то привилегии.
– Едва ли тебя можно назвать заключенной, – возразила Ффайон, подходя к столику, чтобы изготовить очередную припарку.
– Я три дня как здорова. У меня достаточно сил, чтобы добраться до дома, однако у моей двери постоянно караулит часовой, который не позволяет мне ступить за порог.
Анвен развязала концы повязки. Ффайон сняла швы несколько дней назад, но продолжала накладывать припарки и бинтовать голову.
– Как тебе известно, стражники получили четкие указания о том, что ты останешься на неделю.
