Автор
В 20 километров от цивилизации, планка была очень низкой. Капитан группы специальных операций имел в себе гены сейсмических хищников и ястрабов — способных ориентироваться в любых условиях. Никита тонко чувствовал каждое движение вражеского бота, заставляя его остановиться незаметно. Темный лес вокруг наполнялся тревожной атмосферой, словно земная корка готова была вот-вот сдаться под прессом холодного моря....
Чуть слышно всхлипнув, она уткнулась лицом в сложенные горстью ладошки и сквозь слёзы глухо сказала:
– Ну почему всегда так?! Почему мне всю жизнь не везёт?
– Ты это про что? – не понял Никита.
– Из своего посёлка сбежала, думала, до цивилизации доберусь, так ты сказал, что там и так народу лишнего много. Здесь остаться, снова ты гонишь. А куда мне деваться? Как дальше жить? К узкоглазым, в рабыни? За миску похлёбки пахать?
Она уже не просто плакала, а в голос рыдала, даже не пытаясь скрываться. Не понимая, как реагировать на это, Никита неопределённо пожал плечами и, покачав головой, проворчал:
– А реветь-то зачем?
– Неужели так трудно понять, что девчонке одной здесь не выжить?
– Потому и спрашиваю, когда и куда уходить собираешься, – растерянно пояснил Никита.
– Да некуда мне идти, дубина! – заорала в ответ Таня."
"Неожиданный визг девчонки оглушил Никиту не хуже шумовой гранаты. Охнув, он потряс головой, пытаясь унять звон в ушах и поковыряв пальцем в ухе, спросил:
– А визжать-то так зачем? Совсем оглушила.
– А как тебе ещё объяснить, что мне страшно? – продолжала орать девчонка. – Ну скажи, что мне делать, если ты такой умный? Сам устроился, сидишь тут, как паук в банке.
– А с чего ты взяла, что я собираюсь решать твои проблемы? – неожиданно вызверился Никита. – Я тебя первый раз в жизни вижу, а с какого-то перепугу должен спасать? У меня своих проблем выше головы.
– Но ведь ты же мужчина, – пустила в ход Татьяна самый беспроигрышный аргумент.
– И что? Хочешь сказать, что там, где ты жила, мужчин не было? Были, да только тебя они по каким-то твоим критериям не устроили.
Отвечая ей, Никита всё сильнее повышал голос, под конец уже просто выкрикнув последние слова. Он просто не знал, как объяснить ей то, что с ним произошло, и как всё это доказать, не подвергнув опасности. К тому же в памяти бывшего офицера калёным железом было выжжено предупреждение об особой секретности проекта, в котором ему пришлось участвовать.
Растерянно замерев, Таня испуганно смотрела на него, не зная, как реагировать на эту вспышку. От удивления она даже успокоилась. Замолчав, Никита сделал несколько глубоких вздохов, пытаясь успокоиться, и, взяв себя в руки, добавил:
– В общем, завтра тебе будет лучше уйти.
