Автор
В романтических снится грёзы? Все мечтают работать в "Грёзах", но Васнецова — нет. Вместе с другими студентами она случайно оказывается в таинственном заведении, где реальность и фантазия смешиваются воедне. Здесь любовные треугольники, шокирующие признания и незапланированные романтики — все это происходит прямо на работе, заставляя студентов задуматься о том, что настоящая любовь может быть в чем угодно....
До сих пор так считала, а это бы стало окончательным подтверждением.
Мишель вновь подал голос:
— Когда там следующий выходной? Предлагаю всей толпой рвануть в город. Анатоль вчера звонил, хитро сообщал, что новый клуб открыли, а нас там еще не было. В клубе быстро помирятся.
— Рванем, — согласилась и разморенная негой Кристина. — Если разбитую чашку и можно склеить, то только новым клубом.
— Рванем, — поддакнул Кеша. — Пьет — значит, любит!
Мне так отчаянно улыбалось от этой странной поддержки, что даже позабылось на минуту, что они не в курсе нашего расставания.
— Так это их обоих упоить надо, — задумалась Анжела. — А это задача! Мы же говорим о самых занудных занудах…
— Справимся, — ответил ей Кеша. — Раз для дела надо. Что у пьяного на уме, то у зануды на языке.
— Да-да, — включился Мишель. — Напоим всех до полной невменяемости, чтобы и имена родителей забыли. Нашли, из-за чего ссориться, ей-богу.
Мы с Юрой уже давно смотрели друг на друга и тихо ухохатывались.
Германа, похоже, такая боязнь не одолевала. Он включился в разговор лениво:
— Хороший план, друзья мои, я начинаю в вас верить. Потом у меня переночуем, чтобы под утро сюда не возвращаться. Когда там уже выходные? Дожили! Жизнь превратилась в череду рабочих недель, а с завтрашнего дня станет еще хуже.
— Чего ты там наработал? — засмеялась Верочка. — Это Юра у нас сегодня герой — девушку спас!
Мы, стоявшие за администраторской стойкой, сразу заинтересовались — никто нам о таком героизме поведать не успел.
— Спас, ага. После того, как ее Герман чуть не утопил. Она сначала на него засмотрелась. А когда он заметил ее внимание, обратился в Германа и начал изображать у бортика… Как это называется, что ты изображал?
— Стриптиз, — подсказал Герман. — У меня, может, от одиночества уже трусы жмут. Я, может, так обрадовался очарованной мною красотке, что решил бить козырями.
