— Я люблю только тебя! Это твой ребёнок!
— Кирюша, сейчас всё прояснится, и мы вернёмся! Оксаночка никогда тебе не изменяла!
— Что происходит? — Демарин растерянно переводил взгляд с новой жены на бывшую. Поток новостей, свалившихся на голову, на время отключил мозг. Он несколько раз повторил: — Как не мой ребёнок? Почему их арестовывают? — Взрослый мужчина имел вид потерявшего мамку ребёнка. — Я ничего незаконного не совершал! — В серых глазах мольба: — Ася, меня же не арестуют? Мы с тобой обо всём договорились.
Ты обещала!"
"Пухлые губы скривились в презрении. И это ничтожество она совсем недавно любила? Жалеть? Ни в её случае!
— Они пришли не за тобой, а за убийцами... — Ася кивнула на листок, зажатый в дрожащих пальцах. — Прочти тест внимательно и узнаешь имя отца ребёнка, ради которого ты решил меня бросить! Что происходит? — процедила по слогам. — Воз-мез-дие! За всё, что вы отняли у меня или хотели отнять! — Кивок в спину арестованных, сопроводила вопросом: — Стоило оно того?
Пальцы сжимались, превращаясь в готовые к атаке когти.
В душе не унималась ярость. С каждой минутой труднее справляться с желанием вцепиться в морду подонка.
Сильные руки обхватили за плечи и потянули назад.
— Рыжая, отойди от стола! — ставший родным, уверенный голос шептал на ухо: — Здесь ты закончила! Можешь выдохнуть, жить дальше и строить будущее. Эту свадьбу запомнят надолго. Посмотри на парней, что перегородили выход. Это люди Умара. Начальника его безопасности знаю лично. Опоздали немного, но теперь не выпустят этих двоих из вида.
В душе одно чувство сменяло другое. Она отомстила, но какой ценой? Кто может сказать, что за это выставит будущее? Только один человек может её защитить от всех и прежде всего от самой себя.
Ася вскинула голову. В зелёных глазах не искрилась победа, а дрожали слёзы.
Большая ладонь легла на затылок. В синих глазах решимость защитить свою Рыжую от всего света.
— Не плачь! Никто из этих тварей ни стоит твоей слезинки.
— Я не поэтому... — Подбородок дрожал вместе с губами.
— Султан, ты ещё хочешь жениться на мне? — тон не вопроса, а просьбы.
Он поперхнулся воздухом. Только Рыжая могла заговорить о женитьбе на пепелище чужой свадьбы. Желание не упустить момент перевешивало любые правила приличия.
— Больше всего на свете! — он подхватил её на руки. Безумствовать так вместе. Горячий поцелуй кружил голову, вытесняя события последних минут. Большое, надёжное сердце гулко стучало под узкой ладошкой, задавая ритм новой жизни.
