Наверное… Но зачем надо было окончательно топить ее карьеру?
– Потому что болело вот тут, – постучал он кулаком в грудь с той стороны, где билось сердце, – и до сих пор болит. И любить я Катерину не перестал. Все мы ошибаемся, сынок. И все имеем право на второй шанс.
– Тебе всего-то надо было выслушать ее, а не верить этим пронырам-журналюгам.
– Да что теперь об этом говорить?
– Шакалы, – выплюнул я, – в одном крае города пернешь, в другом скажут, что ты обосрался. Вот весь принцип их мерзопакостной работенки.
– Увы, но ты прав, сынок, – тяжко вздохнул отец, и на этой минорной ноте нам пришлось закончить разговор.
В комнате появился охранник отца – Тимур – боровоподобный мужик с лысиной, бородой и устрашающим шрамом в половину лица.
– Федор Николаевич, вы просили сообщить, когда Елецкий подъедет.
– Он уже здесь?
– Нет, с КПП передали, что его машина только что въехала на территорию поселка. Через минуты три будет тут."
"– Отлично, спасибо Тимка. Можешь быть свободен, – а затем вновь перевел на меня взгляд голубых глаз, точь-в-точь таких же, как и у меня.
– Пошли, встретим гостя дорогого.
Спустя минут двадцать мы расположились в просторной гостиной отца. Елецкий Михаил Петрович оказался крупным мужчиной, с четким пивным или язвенным животом, который он с гордостью нес впереди себя. Лысеющий, потеющий. Не противный, но и не вызывающий симпатию. Обычный такой мужик за полтинник, простой как три рубля, без понтов и левых выгибонов. Ел руками, смеялся открыто и с гордостью смотрел на своего сына Александра, с которым мы были примерно одного возраста.
По разговору я понял, что как раз через подставные фирмы, оформленные на Елецкого-младшего, и проворачивались все левые схемы его отца. И теперь и моего тоже.
Ваче подал на стол изумительное мясо, салат, соленья, соусы и охлажденную домашнюю настойку. Все дружно, кроме меня, выпили и закусили. Поболтали о делах, поблагодарили друг друга за выгодное сотрудничество и перешли к более житейским вопросам.
Елецкий облизал с пальцев сок от шашлыка и полез к своему пиджаку, а затем достал из внутреннего кармана пару нежно-розовых конвертов. И протянул их нам.
– Я в январе женюсь, мужики. Карина моя просто ходячая бомба – «Мисс Ставропольский край» прошлого года. А в этом году я ей место на «Мисс Россия» прикуплю. Она того стоит – натуральная блондинка, ноги от ушей, закончила юрфак с красным дипломом.
– Хороший выбор, Мишка, – кивнул мой отец.
