Не знаю, что из этого выйдет, вряд ли Валерию Павловичу могут предъявить что-то, кроме административной ответственности. Но я ничего и не хочу, мне достаточно того, что нас с Даней оставят в покое. Игорь под следствием и заключён под стражу. Так что навредить мне теперь никто из них не сможет.
— И всё равно… — не уступает мне хирург.
— Ну Да-аня, — делаю жалобное лицо. — Я буду ныть и тебе надоем…
— Да ной себе на здоровье сколько хочешь, — хмыкает мужчина. — Не существует ничего такого, из-за чего ты бы мне надоела!
— Вредный ты, — надуваюсь и осторожно ложусь обратно в постель.
— Я не вредный, счастье моё, я заботливый, — Даня поправляет мне одеяло.
— Я хочу домой, — на глаза у меня чёрт знает почему наворачиваются слёзы.
— Нет, ягнёночек, пожалуйста, только не плачь! — он тут же садится рядом, нежно поглаживает мне руку. — Хорошо, ладно, я поговорю с хирургом!
— Спасибо, — тянусь к нему обняться, но меня почти сразу укладывают обратно.
— Любимая, не сейчас. У тебя швы!
— Тьфу ты, — разочарованно вздыхаю.
— Секса мне от тебя теперь тоже не дождаться, я так понимаю?..
— Только когда полностью поправишься, — непримиримо качает головой Даня.
— Уф-ф-ф, — закатываю глаза, а хирург, улыбнувшись, достаёт завибрировавший мобильный.
— Слушаю! — отвечает сначала на русском, а потом тут же переходит на английский: — Алан, добрый день, рад вас слышать."
"Спустя пару минут мы уже общаемся все вместе по громкой связи и договариваемся о визите доктора Харриса прямо в госпиталь.
— Будем ковать железо, пока горячо, ягнёночек, — говорит мне Даня, завершив разговор.
— Контакты с международным исследовательским центром сыграют тебе только на руку на защите! И я договорился с одним рецензируемым журналом, в ближайшее время выйдет статья под твоим авторством со мной в соавторах, для большего веса. С ней как раз наберётся нужное количество публикаций. Так что через месяц-полтора защитишься!
— Я тебя люблю, — смотрю на него, улыбаясь, но тут же спохватываюсь: — Это вовсе не потому, что ты столько для меня делаешь! Просто…
— Я знаю, моя хорошая, — Даня кладёт мне указательный палец на губы.
— Не переживай. Я тебя тоже очень люблю.
Решив похулиганить, прихватываю кончик пальца губами, и вижу, как от расширившегося зрачка моментально темнеют его глаза. Мужчина сглатывает и отбирает у меня руку.
— Малышка, не нужно! Я и так подыхаю, до такой степени тебя хочу… Но ничего не будет, пока ты не выздоровеешь!
— Ну смотри, — кидаю на него хитрый взгляд.
