Уже полегче…
Ночевать я осталась у Иланы Григорьевны, чем очень обрадовала ее сестру – той с утра предстояло ехать на работу на другой конец города, и она с облегчением оставила серую от горя родственницу на мое попечение. Илана Григорьевна все еще находилась в какой-то прострации, держала в руках Светкин шарфик и то и дело подносила к лицу, вытирая несуществующие слезы. Мне казалось, что ей стало бы легче, если бы она смогла заплакать, но, похоже, препараты, которыми ее накачали, напрочь блокировали эту способность.
– Илана Григорьевна, – присев на корточки перед ее креслом, просила я, – давайте я вас уложу? Уже поздно, вы устали.
– Я еще посижу, – раскачиваясь из стороны в сторону, каким-то жутким, потусторонним голосом проговорила она. – Вдруг она сегодня придет?
Я почувствовала, как у меня от ужаса шевелятся мои так и не отмывшиеся до конца красноватые волосы. Илана Григорьевна выглядела совсем больной, почти безумной, и этот жуткий голос, произносящий такие страшные слова…
– Илана Григорьевна… вы меня узнаете? – аккуратно поинтересовалась я, держа в руках ее холодную ладонь.
– Я Надя… Надя Закревская, помните?
– Конечно, Наденька… – тем же жутким голосом ответила она, глядя поверх моей головы. – Светочка скоро придет, ты дождись ее.
Я в очередной раз пожалела о своем отказе от таблеток, предложенных Васильковым, – сейчас бы мне пригодилась уже не пара, а значительно больше, потому что очень уж страшно…
Уложить несчастную женщину мне удалось только к двум часам ночи – видимо, организм устал сопротивляться, и она послушно дала мне подкатить себя к кровати, переместить на постель и помочь переодеться в ночную рубашку.
Обычно, рассказывала Светка, она справлялась с этим сама, но сегодня, понятное дело, без помощи было не обойтись.
Илана Григорьевна уснула почти мгновенно, так и не выпустив из руки Светкин шарфик, а я, постелив себе на диване, так и не смогла закрыть глаза. В этой квартире все напоминало о Светке, и это меня подавляло, пугало и заставляло нервничать.
Я, взрослая женщина, панически боялась всего потустороннего, и разговоры Иланы Григорьевны о том, что Светка сегодня непременно вернется, до предела взвинтили мою и так неспокойную психику. Когда в кухне с сушилки для посуды упала на пол неровно вставленная в пазы крышка, я взвилась едва ли не к потолку и больше не смогла лечь. Слава богу, завтра, в клинике, смогу отоспаться. Главное теперь – просто продержаться до утра и не сойти с ума от ужаса.
