Лучше ему быть там, внутри, иначе она очень разозлится, что перепачкала платье.
И еще ему лучше быть внутри, потому что она намерена как следует его отчитать, чего он давно заслуживает, ублюдок эдакий.
А после этого она собирается остаться там до тех пор, пока он не скажет, что любит ее. Причем скажет не один раз.
Однако прежде, чем она успела приступить к делу, на землю у нее за спиной спрыгнул человек.
– Миледи.
Она обернулась и увидела Джона, привлекательного дружелюбного человека, который отвез ее домой в тот последний раз, когда она приходила сюда.
– Привет, Джон, – сказала Фелисити, собираясь с духом, и ее красивое лицо озарилось яркой улыбкой.
– Доброе утро, миледи, – ответил Джон своим глубоким баритоном. – Надеюсь, вы понимаете, что я не могу позволить вам взломать этот замок?
– Превосходно, – произнесла Фелисити. – Значит, вы избавите меня от этого труда и просто впустите внутрь?
Брови Джона приподнялись.
– Боюсь, не могу.
– Но мне здесь рады. Я нахожусь под его защитой. Он дал мне свободу действий в Ковент-Гардене.
– Уже нет, миледи. Теперь мы должны вернуть вас в Мейфэр, если увидим здесь. Без колебаний. Вы не должны даже видеть Дьявола.
В груди поселилась тяжесть. Он больше не хочет даже видеть ее.
Что, разумеется, полная чушь, потому что, конечно же, он хочет ее видеть.
Конечно же, он ее любит.
Просто нужно убедить его, глупца эдакого, сказать ей это прямо в лицо.
А значит, вот этот поворот событий далек от идеального.
Фелисити сменила тактику:
– Я так и не поблагодарила вас за то, что вы в ту ночь доставили меня домой.
– Простите, что говорю это, миледи, но в ту ночь вы уж больно костерили Дьявола, какое тут благодарить.
Она поджала губы.
– Я на него очень разозлилась.
– Да, миледи.
– К вам это никакого отношения не имело.
– Конечно, миледи.
– Он бросил меня той ночью.
– Да, миледи.
И бросает снова и снова. Она посмотрела в глаза Джону.
– Прошлой ночью он опять меня бросил.
В темных глазах мужчины что-то мелькнуло. Что-то, подозрительно похожее на жалость.
Нет. Фелисити не примет ничью жалость.
– Он рассказывает мне, что для меня лучше! Мне такого не надо.
Джон усмехнулся.
– Даже представить не могу ничего другого.
– Никогда не говорите своей жене, что для нее лучше. Ну, в смысле, если понимаете, что лучше для вас, Джон.
Тут он засмеялся, весело и от души. Фелисити продолжала говорить, скорее для себя, чем для него.
– Конечно, он совершенно пустоголовый, но для меня достаточно хорош.
