Но, по крайней мере, он получил дом в наследство.
Я прочистила горло.
– Почти. Нужно еще перепроверить вопросы по литературе после того, как помою посуду.
Вообще-то, я их даже не начинала, однако у меня давно вошло в привычку сглаживать углы.
– Как прошел твой день? – торопливо поинтересовавшись, я вытащила пасту из духовки и поставила на стол.
– Хорошо. – Пока Мартин наполнял тарелку, я наложила нам обоим салата и налила себе воды. – Департамент работает слаженно. Мне предложили перевод в Меридиан-Сити, но я…
– Любишь чистоту и порядок, – пошутила я, – а Тандер-Бэй – твой корабль.
– Ты так хорошо меня знаешь.
Хотя я слабо улыбалась, моя рука задрожала, когда я наколола лист латука на вилку. И не перестанет дрожать, пока брат не уйдет на работу завтра утром.
Мартин принялся за еду, я заставила себя положить кусок в рот. В комнате повисла тишина, заглушавшая дождь, который барабанил в окна.
Если буду молчать, он найдет что сказать. Мне этого не хотелось.
Мое колено подскакивало вверх-вниз под столешницей.
– Не хочешь подсолить? – спросила я настолько приторным голосом, что самой стало тошно. Потянулась за солонкой, но брат остановил меня, сказав:
– Нет. Спасибо.
Я опустила руку и продолжила есть.
– Как у тебя день прошел? – осведомился он.
Мой взгляд метнулся к его пальцам, сжавшимся вокруг вилки. Мартин сделал паузу, сосредоточив внимание на мне.
Сглотнув, ответила:
– Хорошо. Мы, э-м… – Пульс участился, разгоняя горячую кровь по телу. – У нас произошла интересная дискуссия на литературе.
Еще мой научный доклад…
– А как тренировка по плаванию?
Я умолкла.
Просто скажи ему. Покончи с этим. Он все равно узнает рано или поздно.
Только я солгала:
– Нормально.
Я всегда старалась защитить себя ложью. Когда вставал выбор, бороться или бежать, я убегала.
– Да ну? – с напором уточнил Мартин.
Уставившись в тарелку, я ковыряла еду. Ему все известно.
Взгляд брата прожигал мою кожу.
– Передашь соль? – нарочито ласково попросил он.
Мои веки задрожали. Зловещее спокойствие его голоса напоминало затишье перед бурей.
Когда воздух заряжен электричеством, облака висят низко, и ты ощущаешь запах надвигающегося шторма. Все эти признаки я давно выучила.
Взяв солонку, я медленно подала ее Мартину. Но случайно задела его стакан. Молоко растеклось по столешнице, пролилось на пол.
Я подняла взгляд. Несколько мгновений брат смотрел на меня, а потом оттолкнул стол.
Мне удалось вскочить на ноги, но он схватил меня, дернул и усадил обратно на стул.
