Жаба, видно, душит. А еще он, староста, недоволен будет. Он сдавал комнату проезжим, а теперь тут трактир будет, он денег лишится.
Я слушала внимательно, потому что знала, что любая информация может пригодиться. Конкуренты вот уже появились. Да ещё и чиновник!
Улыбнулась своим мыслям. В этот момент мы как раз свернули на Фруктовую, прошли пару домов с маленькими участками и попали в настоящий фруктовый рай.
— Видите, сколько добра пропадает? Мы уже и варенья, и компоты, и джемы варили. Дольки сушили, пастилу делали.
Весь погреб забили, а есть некому. Ну то есть кому, нас пятеро. Мамка, две сестры, я и малой братик наш - единственный мужчина в семье. Вот, видимо, всю зиму вареньями и сушеными яблоками питаться будем. А хлеба купить не на что.
Миника завела нас в дом, представила матери - румяной грустной женщине, сестёр отправила в их комнату, брату налила воды, а потом коротко рассказала, что мы тут делаем. Матушка устало улыбнулась, давая понять, что лично ей уже все равно.
— Мы у вас излишки все выкупим.
А фрукты… Они все равно пропадают. Приведём ребятишек, они соберут плоды, а мы вам заплатим треть стоимости, которую будем платить обычно.
— Половину, — попыталась торговаться бойкая девушка.
— Треть, Миника. Смотри, у вас эти фрукты-ягоды все равно пропадут, верно? А так вы получите за них какую-никакую медяшку. По сути мы вам заплатим за то, что росли эти фрукты на вашей земле. А мальчишки вам ещё по хозяйству помогут. Им только нужно объяснить, что делать и как.
— Мальчишки это хорошо. Мужика в доме нет, а без мужика в хозяйстве трудно!
— Вот видите! А у нас этих мужиков - пятнадцать человек, не все, правда, пока молоток удержать могут…
Ещё немного поговорив и осмотрев запасы погреба, мы договорились, что завтра она привезёт все это богатство к нам. Хотели прислать в помощь Бесо, чтобы загрузил банки в повозку, но садовод нам весомо возразил, что не знает, в каком часу сможет поехать, так что сама справится.
А потом мы с Доминикой решили разделиться.
Она пошла с Миникой договариваться с женой рыбака - Саимой, а я к Кариму.
Карим оказался ровесником Виктора, попытался зазвать меня на сеновал, но быстро понял, что деловые отношения со мной куда выгоднее. Он показал мне запасы молочных продуктов, которые собирался завтра с утра увозить, как только мать надоит молока. Потом сводил до милой огромной свиньи, жить которой осталось меньше недели. А затем достал солёное сало из собственных закромов.
