Надеюсь, твой новый ухажер будет не против?
– Юля, ты это серьезно? – стоило видеть глаза матери – они вспыхнули от радости, точно она только и ждала моих слов.
– Конечно, разве по мне видно, что я шучу?
– И ты правда готова пожертвовать новогодней ночью ради меня? – мама по-прежнему сомневалась в моем решении.
– Готова, готова, – с обреченным энтузиазмом продолжила я. – Только ты мне скажи, твой новый знакомый хоть стоящий?
Мама просто кивнула головой.
С мамой разобрались, замечательно.
Теперь Илья.
Небольшая предыстория. Илья мой лучший друг. Во веки вечные. А три дня назад он отчебучил. Признался, что любит меня. Не как друга. Я сглупила и рассмеялась. Он обиделся и перестал выходить на связь. Более того, объявил, что болеет. И болезнь, видимо, распространялась только в отношении меня.
Я прекрасно понимала, что не хочет он разговаривать только со мной. Объявил мне бойкот. Сначала даже собралась обидеться в ответку, но потом вспомнила народную мудрость, что на обиженных воду возят, и решила схитрить – позвонить с маминого смартфона.
Но моя хитрость была шита белыми нитками. Илья не взял трубку.
Наконец, от него пришло смс-сообщение: «Не занимай линию».
Ах, вот как…
Но меня так просто было не одолеть. Через общих друзей-футболистов, я узнала, что у Ильи грипп. А больному простудой необходимо лечение. Раздобыв у бабушки малиновое варенье, отправилась в гости к Астахову.
Благо уже не раз у него гостила.
Но, как говорится, незваный гость хуже татарина. Это как раз мой вариант.
С самыми благими намерениями подошла к дому Астахова и нажала на кнопку домофона.
Через полминуты послышалось сонное:
– Кто?
Это, несомненно, был Илюха. И мне не понравился его голос. Наверное, он на самом деле серьезно заболел.
– Илья, привет! Пустишь? – весело начала я.
Но мой энтузиазм не нашёл поддержки.
– Медведева…
– Она самая!
– Что ты тут делаешь?
– Лечить тебя пришла! Илья, открывай дверь, не будем же мы разговаривать на улице.
К тому же, на дворе не май месяц. Я замерзла.
Ожидала услышать характерный писк домофона, но моим надеждам не суждено было сбыться.
Астахов молчал не меньше минуты, а потом послышалось:
– Ээээ… ты зря пришла. У меня карантин. Пока.
И всё.
Я стояла на крыльце перед подъездом и ошарашено смотрела на кнопки домофона.
