Может, у него последствия от угара? Или удара? Рука, вон, до сих пор перевязана. Правда, держится он не за нее, а за голову.
Подхожу к нему.
— Давид? Может, врача вызвать?
Он молчит.
Достаю телефон.
— Не надо врача, — говорит он, не поднимая взгляда на меня. — Сейчас лучше станет. Домой поеду.
Идет к двери.
— Погоди, — волнуюсь я. — А вдруг тебе по дороге плохо станет? Тебе нельзя за руль.
— Все нормально будет, Василиса. Но мне приятно, что ты переживаешь за меня, — слабая попытка улыбнуться.
— Ладно, — вздыхаю я.
— Я с тобой поеду. До дома. Потом такси вызову.
— А как же дела? Тебе же пора было куда-то, — уже веселее говорит Давид.
— Вот, если мы сейчас же поедем, то я еще могу успеть.
Давид наблюдает, как я обхожу машину и сажусь на пассажирское сидение.
Тоже садится.
— Тебе уже лучше? — замечаю явные признаки улучшения на его лице. Похоже, зря я, все-таки, поехала с ним.
— Да, — слабо говорит он и опять хватается свободной рукой за голову.
— Надо врача вызвать, Давид. Вдруг что-то серьезное?"
"— Обязательно вызову, Василиса.
Обещаю. Вот из дома и вызову.
Смотрю в окно. Хм, странно. Почему-то мне кажется, что мы едем не к Давиду домой. Кошусь на него.
В конце концов, оказываюсь права.
Давид привозит меня на какое-то… поле?! Но на поле этом не урожай зерновых.
— Где мы? — строго спрашиваю я. — Куда ты привез меня? Давид!
Он улыбается. Точно у него голова болела?
— Ты обманул меня! — стучу его в плечо.
— Ай, Василиса, эта рука еще не зажила! — жалобно произносит он.
Блин! И правда ударила его по перевязанной руке.
— Прости, — цежу быстро. — А теперь отвези меня назад. В цивилизацию. Обманщик. Ты как был вруном, так им и остался.
— Обманул, да, — спокойно произносит он, проводя пальцам по подбородку. — А как иначе тебя заманить? Как, Василиса? Ты же упрямая. Ведь не пошла бы со мной? Не пошла.
— И правильно бы сделала. Куда ты привез меня?
— Открытый кинотеатр, — подмигивает мне. — Смотри!
Показывает в сторону и там вспыхивает огромный экран.
— Это что? Кино будут показывать? — мне сложно скрыть восхищение.
Я никогда не была в таких кинотеатрах. Мой максимум — небольшой кинозал в торговом центре. — А какое кино?
— Не знаю. Какая разница?
— Давид!
Оглядываюсь по сторонам. Как раз подъезжают другие машины. Но близко друг к другу никто не встает.
— Можем на лужайке расположиться, а можем в машине остаться, — Давид слегка, как будто случайно, проводит пальцем по моей ноге.
— На лужайке, — твердо произношу я.
