Вот тут-то гоблины и поняли, что пропали. Во всех измерениях и во все времена морская пехота была самым страшным кошмаром для тех, против кого сражалась.
Гоблинов разбили. Начисто. Горы трупов, море пленных и торжественное ощущение выполненного долга. Победа! Правда, того, чего ждал Хай-Ри, так и не случилось – Болдани ушел, но зато не случилось и того, чего так боялась Варька, – никто из ее друзей не погиб. Запыленные, помятые, раненые, но живые! Хотя, конечно, потерь было больше чем достаточно. Варька кинулась к Хай-Ри, и он порывисто прижал ее к себе.
Графиня хотела обнять их всех, всех до одного! И Нарка, и Кешу, и Руальда, и Дмитрия, и Ухрина, и Вулиметра! Обнять, посмотреть на них, убедиться, что они все максимально целы и невредимы!
– Ты меня не будешь ругать? – подняла Варька на Хай-Ри умоляющий взгляд.
– Нет, не буду. Наша победа – отчасти и твоя заслуга. Может быть, конечно, тебе и стоило бы устроить выволочку за непослушание, но я не хочу. Я слишком счастлив. Единственное, что мешает мне стать счастливым окончательно, – это то, что Болдани сбежал.
– У какой! Муж, упорный в своих намерениях… – нисколько не расстроилась Варька.
– Я так хотел покончить со всем этим… – вздохнул Хай-Ри.
– Да ладно тебе! Успеешь! И не расстраивайся ты так из-за Болдани! Все равно я нахожусь с тобой рядом, а не с ним. И не надо ко мне так нежно прижиматься, а то окружающие нас неправильно поймут. Дай-ка я лучше пойду обниму остальных доблестных воинов, вынесу им прилюдную благодарность, а потом объявлю объявление.
У меня для тебя такой суперприз есть – пальчики оближешь.
Хай-Ри выпустил Варьку из объятий, и она пошла благодарить остальных участников сражения за проявленные мужество и героизм. А потом взяла и сделала совершенно неожиданную вещь. Всю немалую отвоеванную гоблинскую территорию предложила отдать Хай-Ри.
– Эти земли, конечно, потоптаны гоблинами до состояния бардака, но Хай-Ри сможет навести там порядок. Добить оставшихся еще кое-где лопоухих гадов и расширить, если захочет, свои территории к югу.
Он давно заслужил нашу дружбу, уважение и благодарность. Я хочу, чтобы он стал равным нам во всем. Рыцарь Руальд Залесский, князь Дмитрий, принц Вулиметр! Поскольку в этой войне участвовали вы все, я прошу вашего согласия.
Разумеется, они согласились. Ха! Еще бы! Куда бы они делись, интересно, со своей средневековой рыцарской моралью?! Наглость – второе счастье, и грех этим не воспользоваться.
