Ведьмина кровь вспыхнула, побежала лавой по венам. Я затрясла головой, вжалась в стену. Взрывная волна пронеслась через меня, подняв волосы дыбом, – и все стихло.
Осторожно открыв глаза, я увидела прямо перед собой Яра. Он отвел прядь волос мне за ухо, погладил кончиками пальцев по щеке.
– Все в порядке? – спросил он.
– Ага… – Голос звучал глухо, сипло.
Холодный ветер пробежал по моим ногам, швырнул на колени сиреневый лепесток. А раньше мусор и пыль оставались у порога…
– Нет, не в порядке, Яр, – поправилась я, стряхнув лепесток.
Я поднялась, ткнула в него пальцем:
– Вон из моего дома!
Яр быстро вжал голову в плечи, прикрыл руками. Видать, прошлый раз, когда я его выгоняла, хорошо запомнился.
– Видишь, ничего не происходит, – успокоила я его. – А плохая новость: Лот взорвал защиту дома.
Воевода посмотрел на меня с укоризной и заглянул в зал. Дверь посреди комнаты вздыбилась, корка запекшейся крови растрескалась, как сухая земля.
– Что ж, тогда смысла прятаться нет. Дружина – во двор, смотреть в оба, – скомандовал Яр, и воины радостно двинулись из моего гостеприимного дома, толкаясь и застревая в дверном проеме.
Во дворе приземлилась Глория, развернула шины, чуть присела. Юлька спрыгнула на траву, одернула сорочку и вошла в дом, переступив через обгорелую дыру.
– Ничего не натерла? – шепотом озаботилась я.
– Нормально, – ответила Юлька.
Лютый и царь выросли перед ней, отталкивая друг друга плечами. Оборотень подтянул вязание дракона, царь быстро спрятал трусики, которые все еще сжимал в руке, в карман.
– Моя царица! – Иван шагнул вперед, поймал ее руку и, изящно склонившись, поцеловал кончики пальцев.
– Юль, – буркнул Лютый. – Ну, ты это… прости.
– Я пойду переоденусь. – Подруга обогнула кавалеров и быстрым шагом поспешила к лестнице.
– Сопроводить тебя в опочивальню? – Царь устремился следом, но Лютый ухватил его за рубаху, ткань затрещала.
– Я тебе сопровожу!
– Да что ты возомнил, пес смердящий? – Царь придвинулся к оборотню вплотную, так что они едва не соприкасались носами.
– Она моя жена. Царица Велируси. Только попробуй еще раз слюни пустить в ее сторону – шкуру спущу. И это не фигура речи.
– Слышь, тебе корона мозги не натерла? – Клыки Лютого опасно удлинились. – Я не твой подданный. Я – темное отродье. Кажется, так оборотней называют. Прав у меня никаких, но и обязанностей тоже. Так что вертел я твои угрозы на… – волк быстро глянул в мою сторону, – на хвосте.
В дверь постучали, и я радостно побежала открывать.
