Небрежно сорвав серебряную фольгу, Ростовский умело поддел пальцами пробку, и она, пальнув под самый потолок, окатила обильной пеной разложенные на столе фрукты. Наполнив высокие бокалы до краев, он протянул один из них девушке. Обвив тонкими пальчиками длинную стеклянную ножку, она скупо улыбнулась, показав ровные белые зубы.
— Как вас зовут? — спросила девушка.
— Может, сразу перейдем на «ты»? Ведь скоро мы будем очень близки, — с улыбкой отозвался Ростовский.
— Я не возражаю.
— Меня зовут Илья. А как тебя?
— Лада.
— Красиво. Надо же, не ожидал, что ты назовешь мне свое настоящее имя. Думал, представишься каким-нибудь сценическим псевдонимом.
— А откуда вы… то есть ты знаешь, что это мое настоящее имя? — удивленно спросила девушка. — Мы же видимся первый раз. Или не первый… — она смешно нахмурила брови. — Странно, твое лицо кажется мне смутно знакомым, словно я где-то тебя уже видела. Честное слово, не подумай, что я это всем подряд говорю, мне правда так кажется…
— Я и не думаю, — довольно усмехнулся Ростовский.
— И мне очень лестно, что ты меня запомнила. Мы с тобой и правда уже виделись. Примерно полгода назад, у Варяга. Помнишь?"
"— А, ну конечно! — воскликнула Лада, хлопнув себя ладонью по лбу. — Золотопромышленник из Магадана! Ты мне тогда еще так интересно про золото рассказывал!
— Ага. Вижу, что правда вспомнила, — кивнул Ростовский. — Кстати, а как ты здесь оказалась? Мне тогда показалось, что Варяг от тебя без ума.
По лицу девушки пробежала тень, она отвернулась и, помолчав несколько секунд, сказала:
— Какая разница… Прости, Илья, но мне неприятно об этом вспоминать.
Главное, что сейчас я здесь, остальное неважно.
— Не хочешь — не говори, — не стал настаивать Ростовский. — А почему ты мне сейчас назвала свое настоящее имя? Насколько я знаю, у вас это не принято.
— Обычно я никогда не называю своего настоящего имени и представляюсь, как ты выразился, «псевдонимом». Сама не знаю, почему я назвала тебе настоящее имя. Может, потому что ты вызываешь расположение.
Что-то в тебе есть такое, что отличает от всех остальных мужчин. Может быть, деликатность… Не знаю!
Илья Ростовский внутренне усмехнулся. Перед ним сидела такая деваха, которую бы пилить и пилить с утра до вечера, а он занимается с ней какими-то отвлеченными разговорами. Другой на его месте уже давно сорвал бы с нее платье и поимел бы прямо у порога, не спросив имени. Тем более что оно ему и так было известно.
— Спасибо, не ожидал.
